На сопке у края аула сидел задумчивый юноша. Он смотрел в небо, рассыпанное звёздами, и долго вглядывался в их свет, словно пытаясь найти среди них ответы на свои мысли.
Юношу звали Сансызбай. Родители дали ему это имя в надежде, что судьба одарит его несметным богатством.
А может, отец просто решил испытать удачу, вдруг имя действительно принесёт достаток?
Недавно Сансызбаю исполнилось шестнадцать лет, и его сразу женили. Впрочем, ещё в детстве он был засватан — девушку звали Сулушаш. Это была привычная казахская традиция: бывало, женили и раньше, но шестнадцать лет считались самым подходящим возрастом.
После свадьбы отец подарил сыну свою старую юрту, выделил из табунов десять лошадей и около трёхсот овец — не много и не мало, но достаточно, чтобы встать на ноги и начать самостоятельную жизнь.
Их семья не была ни богатой, ни бедной. Отец Сансызбая кочевал отдельно от аула, со своими табунами, которых насчитывалось около ста двадцати голов. Старик не любил многолюдных мест, предпочитал одиночество и тишину степи.
Сам же Сансызбай, напротив, не переносил одиночества. Он поселился в родовом ауле и кочевал вместе со всеми.
Отныне он стал отдельной ячейкой общества — хозяином своей юрты, главой семьи, её опорой и защитником.
Род его не считался самым многочисленным среди казахов, но пользовался уважением. В Казахском ханстве земля делилась между родами, а любые споры решались на совете биев — народных судей.
Самым главным богатством в степи были пастбища. У каждого аула они свои: веками предки кочевали по родовым землям. Летом — жайлау, зимой — кыстау.
Понятно, что у богатых и влиятельных аулов пастбища были лучшими — там густо росла трава и неподалёку находились источники воды.
Аул Сансызбая нельзя было назвать богатым, но и бедным он не был. Потому и пастбища у них были средние. Скот там плодился не так быстро, как на лучших землях, но всё же лучше, чем у многих других.
Самому Сансызбаю, можно сказать, повезло — не всем его друзьям доставалась такая доля.
Некоторым от родителей оставалась только юрта, без скота. Им приходилось работать на бая, чтобы прокормить свои семьи.
Бай в казахском обществе не считался жестоким хозяином — напротив, это был уважаемый человек. Во время джута, голода или других бедствий именно бай кормил весь аул, а иногда и соседние. Если кто-то из рода совершал преступление и должен был выплатить кун — откуп, — а семья оказывалась бедной, платил бай, ведь честь рода была дороже всего. Если кому-то не хватало средств на той, бай устраивал его за свой счёт, нередко дарил молодожёнам скот.
