Отражённый лунный свет на волнах далёкого Адриатического моря подчёркивал линию горизонта неярким блеском. Эвика сидела на верхней террасе не слишком высокой горы, в недрах которой располагалась обитель Ордена Света. Кому-то из сестёр покровительствовал свет Луны, кому—-то — Солнца. Их с Ёной принял к себе свет сдвоенной звезды Меисса. «Вы теперь ближе друг другу, чем кровные близнецы!» — заявила после таинства посвящения настоятельница Луция. Эвика хотела было ответить, что это и ежу понятно —с тех пор, как их с сестрой в трёхлетнем возрасте оставили возле этой горы в надежде, что сёстры ордена возьмут их к себе. Но благодать посвящения коснулась и её ершистого сердца, так что она спокойно восприняла взрослую пафосную очевидность.
Порыв ветра трепал её длинные, светлые, слегка вьющиеся волосы, мешая наслаждаться видом на долину. Ни одного города в пределах видимости — и тишина, которая за столько лет начала угнетать Эвику. Уже два месяца, три недели и четыре дня, как ей исполнилось шестнадцать лет. В древности, к которой сейчас возвращался мир, девушки в её годы уже жили самостоятельной жизнью, заботясь о муже и детях, но мать Марьяна, оставшаяся за главную после ухода настоятельницы Луции на поиски пропавших сестёр на север, всё время твердила им, что они ещё не готовы вступить на путь борьбы с последователями тёмных богов и чёрными магами. Напряжение между рассудительной старостью и неуёмной юностью нарастало в тихих коридорах обители с каждым днём. Пока что у матери Марьяны хватало доброты сердца сдерживать порывы Эвики, которая несколько раз в сутки собиралась отправиться искоренять всю тьму на планете. После того как в 2012 году на планете началось Преображение1[1], видоизменявшее людей и вещи в соответствии с их сутью, зло продолжало скрываться в человеческих сердцах, находя новые формы воплощения. По мнению многих, угроза того, что Преображение может неожиданно привести внешность человека в соответствие с уродством его души, должна была поспособствовать исправлению, но человеческие пороки не спешили покидать насиженных мест. К тому же средневековая реальность, к которой странным образом возвращалось мироздание, давала массу возможностей для раскрытия темных глубин человеческой души. Культ «Ишхара», возрождающий поклонение темным богам, был одним из многих новообретённых путей безумия в меняющемся человеческом мире. Прежнее мироустройство всё дальше отступало перед Преображением, но люди все еще не были готовы встретиться с собой настоящими, страшась момента, когда их внешний вид приходил в соответствие с внутренним содержанием и стремлениями души. Можно ли винить людей за это, когда большинство из них даже не догадывались, какими они были на самом деле? Можно, но только до тех пор, пока Преображение не затронет тебя самого.
