Свет от открытой двери, крики людей, звуки ударов металла друг от друга. Не успев появиться на свет я уже оказался одной ногой в могиле.
-бери ребенка и убегай куда подальше! – сказал мужской голос лет сорока.
Я почувствовал, как чьи-то теплые руки подняли меня и по моей коже прошел холод от ветра. Открыв свои, не успевшие освоиться к лунному свету глаза, я увидел людей на конях и с оружием в руках. Моя ослабевшая мать бежала по белому снегу иногда оглядываясь на огненно-красный пейзаж горевшей деревни.
Добежав до леса, она спряталась за деревом рассчитывая на то что ее не смогут найти, и она сумеет спасти себя и меня.
Но жизнь порой бывает очень жестокой.
-Вдова здесь! – крикнул один из прислужников.
Моя мать услышав эти крики хотела попытаться убежать, но стрела оказалась быстрее. Попав ей в спину, мама упала и из последних сил, она доползла до какого-то дерева, оперлась на него и закрыв меня собой. Конечно, это не помогло бы спасти меня от смерти, зато спасло кое-что другое, точнее другой.
-господин Жнец, что делать с ребенком? – сказал один из прислуг.
-может убьем? – сказал другой поднеся к моему горлу меч.
-оставьте его – неожиданно для всех сказал Жнец, и тут же поняв непонимание прислужников объяснил: – все равно помрет от холода.
Сказав это, он развернулся и уехал. Его приспешники, посмотрев на меня уехали за ним.
Умереть? Ну уж нет. Я только белый свет увидеть успел. Но что я могу сделать в этом мелком, дряхлом теле? Я могу только заплакать, что я собственно и сделал.
Потом я заснул.
Проснувшись от крика петуха, я по-быстрому встал, оделся и вышел на балкон старого деревенского двухэтажного дома.
-о, наконец-то проснулся! – сказала баба Люся стоя в небольшом огороде с тяпкой в руках. Она была женщиной маленького роста и седыми волосами. Ей было уже семьдесят с лишним лет. И именно эта женщина спасла меня от страшной холодной смерти – сколько можно спать? Нас с тобой огород заждался!
-иду, ба! –сказав это я выбежал на улицу.
Как я выжил той ночью? Не помню, помню только то что меня пощадили и то не из-за жалости. Баба Люся рассказывала, как нашла меня у того самого дерева под кровавым телом моей матери. От холода я был синим, но живым. От своей беспомощности я громко плакал. И как только меня не съели волки из-за запаха крови.
С того дня как погорела вся моя деревня и погибли отец с матерью прошло пятнадцать лет. Из маленького, беспомощного младенца я вырос в высокого парня, с забранными в пучок коричневыми волосами.
Спустившись вниз я встретил нашего пса. Таких верных ретриверов еще поискать надо!
