Резкий удар в грудную клетку — воздух выбило из лёгких. Я полетел назад, упал на землю и проехался на спине пару метров. Грудь сдавило болью. Вздох не получается. Ещё попытка. Соберись. Давай, маленькими вдохами. Есть. Ещё немного Уже лучше.
Я открыл глаза. Всё расплывалось от слёз. Надо проморгаться. Вот так. Уже лучше. Перед глазами — хмурое небо.
Господи, что происходит?
Надо ещё вздохнуть. Вот, уже почти нормально. Я могу встать? Нет. Не получается даже голову поднять. Ничего, сейчас полежу немного и встану.
Слышу крики. Нет, не крики — рёв.
Я — Урук. Урука я помню. Это он меня так приложил. Ему кто-то орёт: «Уговор до первой крови! Бой окончен!»
Да пожалуйста Пусть бой будет окончен.
У меня что, кровь? Я поднял руки перед глазами. Что происходит?
На правой руке, под кожей, светятся линии — как будто вены проступили, только светятся. Но это не вены. Это больше похоже на узоры Как дорожки на компьютерной плате, нарисованные безумным дизайнером. Светятся теплым желтым цветом или светом. Не знаю как тут правильнее.
Я не помню, чтобы у меня такое было.
А что я помню? Бой — помню. Договор — помню. Так. Как меня зовут? Кирилл. Значит, тоже помню. Как я тут оказался? Где я сейчас? В Запределье. Как я сюда попал?
Я задумался Помню.
А началось всё с того, что я сидел на работе.
Если быть совсем точным — я сидел на своей работе. В том смысле, что это мой бизнес, мой кабинет, мой стол, мой кондиционер, который то гудит, то капает, и мои проблемы, которые никуда не деваются, даже если сделать вид, что их не существует.
Начальник. Владелец. Ответственный за все. Смешно, конечно. В детстве казалось, что вот оно — вершина. А по факту это просто отдельный вид клетки, только с хорошей мебелью.
Я смотрел в монитор, но не видел ни цифр, ни таблиц. Глаза бегали по строкам автоматически, как у водителя, который едет знакомый маршрут и не может вспомнить, как проехал последние пять километров. Все делалось по инерции.
И внутри было одно ощущение — достало.
Не резко, не с криком «все, хватит». Нет. Это когда усталость становится фоном. Как шум трассы за окном. Ты его вроде не слышишь, но, если он вдруг исчезнет, станет страшно.
Возраст у меня уже скажем так, такой, когда врачи начинают говорить «в вашем возрасте это нормально», а друзья все чаще обсуждают не планы, а диагнозы. Не старый. Но и не молодой настолько, чтобы верить, что впереди еще куча попыток.
Самое обидное — у меня ведь все получилось. По общепринятым меркам.
Бизнес есть. Деньги есть. Крыша над головой есть. Машина хорошая, не стыдная. Даже время свободное иногда есть. А вот ощущения, что я живу — нет.
