Настоятель Эспар Найра наслаждался жизнью, жизнью, счастливо протекающей в дорогом особняке при Храме вседержителя Абсолютуса, популярного бога на Приджионе. Найра был высок и тучен, опрятен и чист. Кожа его имела легкий бронзовый оттенок, густая черная борода свисала на грудь – ни единого седого волоса, несмотря на почтенный возраст – всё это свидетельствовало о благородном происхождении настоятеля и внушало пастве уважение к нему.
Но Найра помнил годы, когда его пустое брюхо прилипало к спине, когда он униженно выпрашивал у прихожан мелкие монеты на пропитание для себя и своих помощников. Он был молод и только ступил на путь служения Вседержителю. Приходилось нелегко. Место под храм было выделено в провинции Зифтар, где по преданию на тесном клочке голой, будто выжженой огнем, земли, стоял когда-то храм, посвященный Абсолютусу. Народец Зифтара относился к Найре пренебрежительно. Высокомерие местных удуров – всех как один зажиточных земледельцев – вонзалось в сердце Найры, будто острый плуг в нежную пашню. Найра скрипел зубами, но подбирал добрые слова и продолжал проповедовать: иерархи вложили в его сознание убеждение, что лишь доброта мила вседержителю Абсолютусу, и Найра был обязан научить ей остальных. Тщетно: проповедь об Абсолютусе почти не находила отклика. Найру высмеивали и часто называли «наш балабол Эспар»… С того времени много раз три солнца поменялись местами друг с другом на небосводе Приджиона, медные монеты в кошельке Найры постепенно уступили место золотым, а обидное прозвище не звучало так давно, что все в округе его позабыли, но Найра помнил, он очень хорошо его помнил, как и тех, с чьих языков оно слетало.
Ах, Приджион, Приджион!.. Великолепный Приджион! Планета, населенная удурами вот уже восемь тысяч циклов триады. Так сказано в священном манускрипте Абсолютуса: первое солнце встало на место второго, второе на место третьего, третье на место первого – это треть цикла; когда первое солнце оказывается вновь на своем месте, цикл триады завершается.
Эспар Найра с любовью озирал окрестности. Темно-синие леса, богатые зверем и грибами, плодородные лазурные поля, молочные стада, ленты дорог, дивное озеро, отражающее в полных водах пурпурные небеса и прочая, и прочая – все, что доступно глазу, до самого горизонта, всё это ныне принадлежало ему, Эспару Найре.
Да-да, теперь Найра состоятелен, сыт и бодр. А границы личных владений может разглядеть не иначе, как только с третьего этажа замечательного во всех отношениях собственного жилища с надежными стенами из кирпича редчайшей синей глины, над их возведением целый год трудились лучшие мастера Приджиона, создав в итоге произведение архитектурного искусства. Даже губернатор Глисс приезжал посмотреть на него, поохать и выказать восхищение. А Глисс, необходимо заметить, не тот удур, которого можно запросто удивить роскошью, он невероятно богат: только министры планетарного правительства способны тягаться с ним в количестве припрятанного в тайниках золота.
