в которой раболовецкий отряд используется по прямому назначению, Жёлудь увлекается догхантингом, а Щавель проявляет познание в магии огня
К селу Питомник подошли рано утром, чтобы добыча не скрылась в темноте, но и не успела рассеяться по работам. Оставили коней в полуверсте от околицы, сняли с телег ловчие сети, нацепили на пояса связки сыромятных ремешков. Кандалы и конвойные цепи дожидались своего часа, и час этот был неотвратимо близок. Дружинники с булавами встали в оцепление. Десятка верховых с копьями примкнула к раболовам в усиление. Сотня муромской пехоты растянулась во втором кольце, едва сдерживая рвущихся с поводков эйчарок. Задачей оцепления было загонять улизнувших кандидатов обратно к хедхантерам, дабы ценные специалисты не скрылись от будущего работодателя.
Знатный работорговец Карп занял подобающее место во главе отряда. Боевой поход вошёл в самую ответственную фазу, и настал его черёд командовать.
Три десятки ратников и пяток профессионалов из кадрового агентства Карпа составили группу захвата. Впереди встали Щавель, Жёлудь и Лузга. Рекрутёры изготовились к работе, как стрела в натянутом луке. Карп достал из-за пазухи волшебную плеть, сплетённую из человечьего волоса, пробасил коротко и деловито:
– Господа, пошли.
Когда раболовы, не таясь, втянулись за ограду, их встретили лохматые сторожа. Псы с яркой рыжей шерстью водились здесь в каждом дворе. Местные знали толк в кинологии, разводили собак для своих нужд, в том числе на продажу. Холили, лелеяли, ели, шили из них шубы, дрессировали и любили на все лады.
Группы разошлись по главным улицам. Начали с ближайших дворов, разделяясь на тройки. Навстречу Щавелю выскочили кобель и сука знаменитой породы «мордовская сторожевая». Это были зубастые псы, ласковые к детям своих хозяев, но исходящие бешеной злобой при малейшем признаке чужаков. От рождения знающие, как поступать, если замахиваются ножом. Щавель знал эту породу защитников. Знал и стоящий рядом Лузга.
– Фу! А ну пошли, гнидники др-раные! – рявкнул Лузга, обнажая клинок.
При виде ножа кабыздохи резво осадили назад, развернулись и прыснули наутёк. Остановились, залаяли, отбежали снова при виде приближающейся толпы, но с дороги не уходили – демонстрировали хозяевам свою полезность.
– Возьми лук, – зыркнул Лузга на Жёлудя, – и всех собак в деревне…
Молодой лучник покосился на отца: «Надо ли? Слушать ли его?» Щавель едва заметно улыбнулся: «Поохоться, сынок».
