Пролог
Знаете, есть мнение, что мир не материален. Не в том смысле, что его можно отрицать, а в том, что вещество – лишь итоговый отчёт. На субатомном уровне нет ни твёрдых частиц, ни пустоты в привычном понимании. Там только информация. Первичная. Не описывающая реальность, а порождающая её. Кварки, электроны, фотоны – не кирпичики, а устойчивые паттерны, которые наша физика пока измеряет как массу и заряд, но которые на деле суть данные. И эти данные живут по иным правилам: нелинейным, нелокальным, вероятностным.
А то, что мы видим, слышим и осязаем, – не сама ткань бытия. Это интерфейс. Удобный, до предела упрощённый рабочий стол, который наш мозг генерирует поверх информационного потока, чтобы отличать ступеньку от ямы, хлеб от булыжника и не терять друг друга в пространстве. Мы живём в пользовательской оболочке, отлаженной эволюцией лишь для выживания. И работает она безупречно. Миллионы лет.
Но у любой оболочки есть границы. И иногда кто-то – будь то случайная флуктуация, слишком любопытный разум или просто накопившаяся погрешность – пытается заглянуть за ярлыки. Прочитать не отчёт, а исходный слой. Система на такое не отвечает гневом. Она отвечает архитектурой. Если процесс начинает запрашивать права, которые ему не положены, если он пытается переписать базовые константы, его не удаляют. Его изолируют. Перемещают в отдельный раздел – в своего рода корзину реальности, куда система сбрасывает всё, что мешает стабильности основного потока. Чтобы не засорять рабочий диск. Чтобы интерфейс оставался чистым.
Это просто фоновая очистка. Тихая. Без предупреждений. И если однажды привычный мир вдруг покажется вам чуть смещённым, будто кто-то нечаянно задел край таблицы, – не пугайтесь. Просто где-то в глубине кода запустился процесс перераспределения. А мы, как и всегда, видим лишь обновлённый рендер. И принимаем новые правила как данность, даже не подозревая, что нас давно перенесли в другую вкладку.
***
Это лето в Москве выдалось особенно жарким. Днём Игорь спасался от жары в тени квартиры, под кондиционером, а вот ночью любил вытащить ноутбук на балкон и поработать там. Поэтому для него было вдвойне удивительно, когда дверная ручка на его балконе провернулась и дверь открылась. Тем более что жил он один. Моментом спустя в дверном проёме появился внушительного вида незнакомый мужчина в костюме, подцепил носком ноги стоящий рядом табурет, уселся на него и закурил.
– Москва, Москва!.. Люблю тебя как сын,
Как русский, – сильно, пламенно и нежно!
