Гигантская ракета возвышалась над бескрайними холодными просторами тайги. По лесу сегодня гулял ветер, все передавало беспокойство. Оно и понятно — возможно, через пару минут произойдет самый важный момент в истории нашей планеты: гении человеческого ума отправят в неизведанный космос весточку о том, что мы существуем. Видимо, именно по этой причине, в знак согласия с людьми, природа тоже волновалась.
— Впечатляет? — сказал один из ведущих инженеров проекта, подходя к своему коллеге. Тот, свесив руки с перил, курил, глядя на монументальную ракету.
— Добрый вечер! — вежливо отозвался собеседник. — Да, корпус ничего, но меня больше начинка интересует и «пассажиры». Да, именно «пассажиры» меня волнуют больше всего, если что-то с ними провалится, то и весь проект пойдет по одному месту.
— Должно быть, Вы биолог? — сказал инженер; он понял, что обознался и подошел не к такому же инженеру, как он, а к случайному ученому. — Вряд ли программист, я с IT-отделом часто общался и Вас там не видел.
— Биолог, биолог, — согласно закивал собеседник. — А Вы инженер, я Вас знаю, видел пару раз в кафетерии. Корабль вам действительно удался на славу, но, возвращаясь к Вашему вопросу, меня больше впечатляет, что мы туда отправляем. Вот что по-настоящему дерзко, вот что по-настоящему вызов.
— Вызов, — согласно ответил инженер, — действительно дерзкий, только не с научной точки зрения, а с этической…
— Да-да! — затараторил биолог. — Удивительно, что об этом задумался кто-то не биолог, потому что мои коллеги почему-то совсем не интересуются судьбой тех, кого мы туда отправляем, а у меня прямо из головы не идет, поэтому сюда и вышел, хочется в последний раз перед отправкой взглянуть на этот ковчег и понять… — он запнулся.
— Что тоже причастен к этому? — продолжил инженер; его собеседник согласно кивнул, и он продолжил вместо него: — А еще, что ты среди тех, кто виновен во всем, что произойдет на борту. — Он замолчал. — С другой стороны, выше нос, все должно пройти хорошо, мы вверяем свое детище в надежные и точнейшие из рук, которые нам только известны.
Разговор прекратился так же внезапно, как и начался. Инженер тоже свесился через перила, и теперь уже двое глазели на ракету как в последний раз. На самом деле действительно в последний — через несколько часов она взлетит, оставив своих создателей позади. Но и поделом создателям, ведь они, как нерадивые родители, сами скоро бросят свое чадо и, сев на автобус, покинут космодром. Так что эти «переглядки» можно считать последней встречей, после которой детище начнет самостоятельное плавание в просторах абсурдной и безразличной бесконечности. А на борту сидят «внучки», которым предстоит родиться где-то глубоко в космосе и которые, к сожалению, своих бабушек и дедушек никогда не увидят и на каникулы к ним не прилетят.
