Каменный пол был ледяным. Алиса ощутила это раньше, чем открыла глаза: холод проникал сквозь грубую ткань платья, сквозь кожу, впивался в кости. Она лежала, свернувшись калачиком, и не могла понять, почему её кровать стала вдруг такой твёрдой, а воздух — таким спёртым, с запахом плесени и сырого камня. Она попыталась натянуть одеяло, но пальцы сжали только пустоту и солому. Солому. В её квартире не было соломы.
Алиса открыла глаза.
Потолок был низкий, каменный, покрытый копотью. Факел в железном кольце на стене не горел, но от него всё ещё тянуло гарью. Узкое окно под самым сводом пропускало серый, больной свет. Где-то далеко капала вода — мерно, неумолимо, как метроном.
Она села.
Тело слушалось плохо, чужая грубая одежда натирала кожу. В голове гудело. Последнее, что она помнила — тёмная улица, свет фар, визг тормозов. И потом — падение. Бесконечное, как в кошмаре, падение сквозь буквы, слова, целые абзацы. Она падала сквозь собственный роман, и строки резали кожу, как острая бумага.
«Я умерла», — подумала она. И сразу же: «Нет. Я здесь. Где — здесь?»
Она огляделась. Подвал. Грубые каменные стены. Ржавое ведро в углу. Солома на полу. Решётка на окне. Это место было ей знакомо. Она описывала его. Подвал для провинившихся слуг в замке Эйр. Третий ярус под землёй. Она придумала его для сцены наказания юной служанки в первой книге.
Но это была книга.
А это — не книга. Запахи были настоящими. Холод был настоящим. Её страх был настоящим.
Шаги. Тяжёлые, размеренные. Кто-то спускался по лестнице. Железная дверь со скрежетом отворилась, и на пороге встал мужчина в кожаном дублете, с мечом на поясе и факелом в руке.
— Подъём, — бросил он. — Пошевеливайся.
Алиса не шевелилась. Она смотрела на него и пыталась понять: он настоящий? Или она спит? Или сошла с ума?
— Оглохла? — стражник шагнул ближе, схватил её за плечо и рывком поставил на ноги.
Прикосновение было грубым, болезненным. Совершенно реальным.
— Кто ты? — выдохнула она. — Где я?
— В замке Эйр, — сказал он, подталкивая её к выходу. — И если ты забыла собственное имя, тебе его быстро напомнят. Король ждёт.
Король.
Сердце Алисы пропустило удар.
Король Эдрик. Она написала его — уставшего, седого, с железной волей и взглядом, который просекает ложь, как меч просекает гнилую ткань. Её персонаж. Её создание. Если он ждёт её — значит, это правда. Она в Эридане. В мире, который придумала за письменным столом, попивая остывший чай и жалуясь в твиттер на творческий кризис.
Они поднимались долго. Каменные ступени, стёртые тысячами ног. Факелы на стенах горели настоящим огнём, тени метались по сводам. Стражник молчал. Алиса молчала тоже, но мысли неслись вскачь. Если она в Эридане, то здесь есть и остальные. Леонард — её золотоволосый принц, которого она написала таким добрым, что читательницы плакали. Рейнар — чёрный волк, холодный, как сталь на морозе. Венсан — змея с улыбкой ангела. Все они здесь. Живые. Настоящие.
