Глава 1
Кредит доверия и стратегический девелопмент
“...не зарься на дом ближнего твоего, на поле его, ни на раба его, ни на рабыни его, вола его, ни осла его, ни на всё, что принадлежит ближнему твоему.”
Книга Второзаконие (5:21)
Небесный Совет сегодня собрался в полном составе на самом краю созвездия Близнецов. Перед богами в ледяной пустоте разворачивалась огромная, мерцающая голографическая проекция Земли. Фокус замер на маленьком, утопающем в зелени холме. Место выглядело обманчиво мирно: вековые деревья, цветущая герань у порогов домов и тишина. Но боги видели насквозь плотные слои атмосферы — они смотрели на теневые потоки денег, поддельные подписи на документах и скрытые камеры в кабинетах тех, кто считал себя хозяевами этого мира.
— Каковы глупцы, а? — Марс лениво крутил на пальце боевой кинжал, от скуки подбрасывая его к холодным звездам. — Копошатся в своих кабинетах, берут откаты, строят криминальные схемы на сто лет вперед. Думают, что поймали бога за бороду, а сами, как говорится: “смертны в любую секунду”. Никакого истинного масштаба, сплошная мышиная возня в грязи.
— Зато посмотри на этот уровень абсурда! — Уран задорно рассмеялся, безжалостно подкручивая настройки космического зума и выводя на передний план лица банкиров и глав строительной мафии. — Они называют себя «элитой» и «вершителями судеб»! Столько пафоса ради того, чтобы запереть смертных в бетонных коробках, забрать у них последние гроши и назвать это «стратегическим девелопментом». Потрясающее зрелище. Я уже поставил миллион искр на то, что этот застройщик не доживет до пятницы.
— В этом и есть прелесть их жалкой психологии, — меланхолично отозвался Нептун, глядя сквозь облака своими затуманенными, ледяными глазами на подписываемые внизу контракты. — Те, кто имеет власть на Земле, искренне верят, что управляют миром. Их сознание — это коктейль из вечного страха разоблачения и бесконечной гордыни. Они продают чужие жизни, ищут выгоду, а находят... наши приговоры, вписанные между строк их договоров купли-продажи.
Голографический зум Урана опустился еще ниже, пробивая бетонные стены городской больницы, где в этот момент раздался телефонный звонок.
Экран старенького смартфона в руках Марики высветил незнакомый номер. В свои сорок лет она выглядела удивительно молодо — едва ли можно было дать больше двадцати пяти или тридцати лет. Мягкий свет экрана отразился в ее голубых глазах и подчеркнул красивые, гармоничные черты лица. Марика непроизвольно поправила темно-русые волосы и слегка потянулась, из-за чего ее стройная фигура казалась еще изящнее. Секунду назад трубка принадлежала ее бабушке, пожилой, девяностолетней женщине, лежавшей на больничной кушетке — бледной и исхудавшей от последней стадии онкологии. Марика была удивительно похожа на нее. Даже сейчас, вопреки страшному диагнозу, бабушка выглядела невероятно аккуратной и ухоженной. Тяжелые недели в больнице не стерли ее природного изящества, и в этих чертах без труда угадывалась былая женская красота — та самая, которую Марика унаследовала в полной мере.
