Последний курьер.
Солнце в Москве больше не вставало с востока. Точнее, оно, конечно, вставало, но из-за смога из серных облаков над Технополисом его было не разглядеть. Арсений привык определять время по ритму города — не по будильнику, которого у него не было, а по вибрации земли. Сначала начинали гудеть рельсы трамваев (они еще работали на старых линиях). Потом — гул транспорта со стороны МКАДа, где в пробках стояли фургоны с углем и продовольствием. День начинался. Арсений натянул респиратор — ржавый, с перемотанной изолентой дужкой — и вышел на лестничную клетку. Семнадцатый этаж панельной высотки. Лифт сдох еще два года назад, когда перестало хватать мощностей для двенадцатого и выше. Сегодня он курьер. Не в том смысле, что развозит пиццу (эту роскошь позволить себе могли единицы). Он возил информацию. Внизу, в арке, его ждал велосипед. «Аист-2», советский, хромированный. Отец переделал его под генератор и установил на заднее колесо динамо-втулку. В мире, где любой смартфон превращал тебя в мишень для «Хора Единого», лучшим способом передвижения была мышечная сила. — Громов! — крикнули из окна первого этажа. Старуха, которую звали тетя Зина, всегда просыпалась раньше всех. — Опять ты по своим хитрым делам? Смотри, «уши» поймают! — Зинаида Алексеевна, — улыбнулся он сквозь ткань респиратора, — у «ушей» выключен микрофон, пока я не сверну на Садовое. Бабка сплюнула в окно. Она жила по старинке и знала, что «уши» — это глушилки, висящие на каждом столбе. Они слушали — или глушили. Зависит от времени суток. Арсений нажал на педаль. Цепь жалобно скрипнула, но колесо крутанулось. Заказ был простым: забрать из квартиры 45 на «Савеловской» черный прямоугольный пакет, размером с книгу, и отвезти его на Краснопресненскую, 14, корпус 3. Координаты написали на обрывке газеты. Клиентом была девушка. Лет двадцати семи, в очках с толстыми линзами, от которых на щеках оставались красные полосы — признак того, что она много читает при тусклом свете. — Долго ехал, — сказала она без приветствия. — Час. — ответил Арсений. — От Михалково. Брал объездом через «Тихий переулок». — Умница, — она протянула пакет. Он был легким. Слишком легким. Как будто внутри — пустота. — Не смотри, — резко бросила она, заметив его взгляд. — Это не твое дело. Просто отдай. Поля. Ее зовут Поля. Скажешь: «Арсений принес книгу». Она поймет. — Книгу? — переспросил он. — Книги сейчас жгут. Это запрещенка? Детектив? Фэнтези? Девушка устало вздохнула. — Это не художественная литература, Арсений. Это инструкция. Если ее найдут — нас всех отправят в «Зону». Просто вези. Арсений кивнул. Он привык. Чужие тайны — это просто товар. Велосипед запрыгал по разбитому асфальту. Он выехал на проспект Мира. Здесь было пусто. Огромные потемневшие здания висели мертвыми ульями. Никто не жил выше пятого этажа. Арсений крутил педали, наслаждаясь ветром. Когда он выехал на набережную, стало тихо. Настолько тихо, что стало слышно, как бьется внутри него сердце. Он сбросил скорость, прищурился. Впереди стоял человек. Не просто человек. Он был одет в белый, стерильный комбинезон, как из лаборатории. На груди — черное пятно — антенна. «Хор Единого». Цифровые фанатики. — Стоять, — прозвучал голос из динамиков, вшитых в воротник. — Объект 45-A. Изъятие. Сердце Арсения провалилось в пятки. Откуда? Как? Он же проехал мимо всех «ушей»! Неужели старая Зина…? Или сам пакет? В пакете мог быть маячок. — Я не знаю, о чем вы, — сказал Арсений, медленно спешиваясь. — Я просто везу запчасти для генератора. — Пакет, — повторил голос. — На землю. Арсений медленно снял рюкзак. Человек в белом сделал шаг вперед. Шансов не было. У того — парализатор за поясом и, судя по всему, мобильный глушитель. Шанс был только один — скорость. — Хорошо, — сказал Арсений, расстегивая молнию. Вместо того, чтобы вытащить пакет, он рванул ручку и выдернул из велосипеда генераторную проволоку. Она вылетела, оставив мотор без искры. Но это было неважно. Он просто отпустил руль, зажмурился и прыгнул в Москву-реку. Вода была ледяной. Но это была свобода. Черная вода сомкнулась над его головой. Арсений вынырнул только через пятьдесят метров, в спасительной тени опоры моста. На набережной белый комбинезон метался, но прыгать не решился. Связи с «Хором» у него при намокании, скорее всего, не было. Арсений вылез на ржавые балки и вжался в бетон. Пакет? Пакет намок. Но не размок. Он открыл его дрожащими пальцами. Девушка соврала. Это была не просто книга. Это была книга в кожаном переплете с застежкой-молнией. На обложке кривыми буквами, выжженными по коже, было написано: «Энциклопедия утерянных звуков. Том II. АСМР-коды реальности». Арсений не верил в магию. Он верил в цепи, динамо-машины и логистику. Но когда он провел пальцем по корешку, ему показалось, что бумага… запела. Где-то за его спиной, на пустой набережной, этот белый фиксатор «Хора» достал рацию и сказал всего одно слово: — Чтец активирован. Арсений понял, что теперь он везет не заказ. Теперь он — цель. И первое, что ему нужно было сделать — найти ту самую Полю, о которой говорила девушка с Савеловской. Потому что эта женщина явно знала, что положила ему в рюкзак бомбу.
