Холодный ветер бросил ему в лицо капли дождя. Мужчина стер их рукой, не почувствовав ни малейшего дискомфорта. Он их даже не заметил, так же как не замечал грязи на мостовой, испачканного плаща и застывших за спиной стражников. Все его внимание было приковано к стоявшему на возвышении саркофагу из темного стекла.
Поднявшись по широким ступеням, полукровка глубоко вздохнул. Потом поправил рукой рыжие волосы, выбивавшиеся из – под капюшона плаща. Он бессознательно тянул время, словно боясь взглянуть на ту, что была целью и смыслом его жизни.
– Здравствуй, Данель, – наконец, прошептал мужчина. – Прости, что давно не приходил.
Его пальцы неуверенно коснулись стекла. О, как бы он хотел ощутить тепло кожи вместо холодной преграды! Сколько времени он потратил, изучая старинные книги, покупая все новые и новые артефакты! Он надеялся, что заклятье вот – вот удастся разрушить… Но, время шло, и надежды таяли.
Все, что ему оставалось, – это рассматривать лицо принцессы сквозь стеклянную дымку, стараясь найти в знакомых чертах какие – то изменения. Но Данель выглядела так же, как и месяц назад. Бледная кожа, облако серебристых волос, длинные темные ресницы. Она спала сладким и – увы! – слишком крепким сном.
– Это так несправедливо, – прошептал регент. – Данель, клянусь, я все бы отдал, даже корону Веталии ради того, чтобы ты очнулась. Чтобы ты хоть раз взглянула на меня и улыбнулась. Я сделал бы тебя счастливой, позволил бы жить так, как ты хочешь…
Легкий смешок, раздавшийся за спиной, заставил его вздрогнуть. Бэзил вспомнил, что он не один.
Он резко обернулся, и коротышка в длинном, расшитом золотистой нитью балахоне, поспешно отступил назад.
– Я сказал что – то смешное?
– Ваша Светлость, что вы, – полукровка склонился почти до земли. – Я бы никогда не осмелился… К сожалению, меня замучил кашель. Кхе, кхе.
Схватившись рукой за горло, он вполне натурально раскашлялся. Бэзил смерил мага недовольным взглядом, потом повелительно взмахнул рукой.
– Оставь меня.
– Как прикажете, Ваша Светлость.
Маг попятился назад и, наступив на край длинного балахона, едва не упал. Он отчаянно замахал руками и привлек внимание стоявших неподалеку стражников.
– Квентис, тебе помочь? На ногах не держишься, – усмехнулся старший из них.
Второй добавил вполголоса:
– Пить надо меньше, тогда и спотыкаться не будешь.
– Занимайтесь своими делами, – буркнул Квентис. Он недолюбливал вояк за силу и ловкость, и они платили ему тем же.
Дождь стал сильнее. Камни на мостовой заблестели, как зеркало. Смахнув с волос холодные капли, Квентис покосился в сторону регента.
