Запястья обожгло, выдернув меня из темноты. Я застонала и распахнула глаза. На секунду изумление затмило боль. Вместо палаты хосписа, где я доживала последние дни, пока «рак» съедал меня заживо, оказалась на вымощенной булыжником улице.
Вокруг столпились люди в странной одежде, словно из исторического фильма. Они что-то кричали, указывая на меня пальцами. Я не слышала слов, но искажённые лица говорили сами за себя. В них пылала ненависть, таилась брезгливость, а ещё мелькал страх.
Я понимала, что это бред, вызванный затуманенным болью мозгом, но слишком уж он был жуткий. А ещё реалистичный. Я чувствовала запах пота и чеснока, идущий от этих людей.
Кисти снова пронзило острыми раскалёнными спицами. Я застонала от боли. Внезапно скрючило уже пальцы. Я поднесла ладони к лицу, не понимая, что происходит.
И закричала от ужаса.
Потому что вместо своих рук я глядела на мерзкие звериные лапы с огромными загнутыми когтями.
– Ведьма! – закричал кто-то высоким противным голосом.
И вокруг подхватили:
– Ведьма!
– Сжечь ведьму!
– Убить её!
А затем в меня полетели камни. Сначала мелкие – для потехи. Потом крупнее – проверить, сумею ли постоять за себя. И когда я сжалась, прикрыв голову руками, толпа взревела, осознавая мою полную беззащитность.
И обезумела от жажды крови.
Моей крови.
На меня обрушился град ударов. Настоящих, ощутимых, весьма болезненных ударов, вовсе не похожих на игры угасающего разума.
Я чувствовала, как лопнула кожа на спине, как треснула кость предплечья. Кровь лилась по моему изувеченному телу. А я молилась лишь о том, чтобы этот кошмар скорее прекратился.
Моя просьба была услышана. Свет померк, и я уплыла в темноту.
Однако оказалось, что это ещё не конец. Я снова очнулась. На этот раз в помещении – тёмном, мрачном и сыром. Единственный источник света, тусклый и дрожащий, виднелся сквозь решётку вдали.
Решётка? Темница? Похоже, мой мозг считает тело тюрьмой и желает скорей освободиться. В этом мы солидарны. Я устала мучиться от боли и тоже хотела освобождения.
Двинула рукой, нащупывая кнопку вызова сестры. Точнее – попыталась это сделать. Заведённые вверх запястья обхватили железные обручи. Сдавили, не позволяя шевельнуться.
Ещё один обруч удерживал шею, другой – талию. И щиколотки тоже сжимали металлические кандалы.
Всё тело затекло от неудобной позы. Больше всего страдали задранные руки, которые затекли и ужасно ныли. Но главное – я больше не чувствовала той жуткой, лишающей сознания боли. Ни переломов, ни кровотечения, ни рассечённой до костей плоти.
Ещё раз убедилась, что всё происходящее – лишь плод моего воображения. А значит, руки вовсе не затекли. Я даже не в тюрьме. Я просто придумала это, сама того не понимая.
