Ну, вот и настал новый день! Луч солнца уже прорывался в маленькое окошко, и в этом луче плясали тёплые пылинки. За стенкой старенькая мать возилась с печкой. Скоро должна была прибежать Анютка помочь по хозяйству.
Анюта была девочкой лет девяти — шустрой, проворной, остроглазой, с двумя тёмными косичками. Любое дело в её руках спорилось. Сама Анютка была сиротой — вот и вынуждена была работать. Кто-то накормит, кто-то даст какую-никакую одёжку, а кто-то и простым «спасибо» отделается. Мать жалела сиротку и припасла для неё обувку, а то бегает босая всё лето.
Что ж, пора вставать. Впереди день, и нужно многое успеть. Я оделся, умылся и вышел из комнаты. У печи возилась матушка, увидев меня, она крикнула:
— Принеси воду, пока Нюта не пришла!
Видано ли дело мужчине воду таскать? Тем более мне — старосте этого посёлка! Позор просто! Но с матушкой я спорить не могу. Молча взял вёдра и направился к колодцу.
Как и ожидалось, у колодца собралась пёстрая стайка женщин. Слышался скрип ворота, плеск воды и гул разговоров, изредка взрывающийся хохотом. Около колодца суетился мальчик Мишутка, набирая и разливая воду в череду составленных вёдер.
«Вот кумушки! Делать им нечего, что ли?» — подумал я. Постоянно соберутся у колодца и точат лясы. Запрягли парня, а сами хохочут.
Я подошёл к колодцу, поставил вёдра рядом с остальными и отряхнул руки. Мишутка поднял на меня свои большие и невероятно синие глаза. Светлые волосы окаймляли его хорошенькое лицо. Парню было примерно столько же лет, что и Нюше, но до чего странный у него взгляд. Вроде парень как парень, но что-то с ним было не так. Все его дурачком называли. А разве не дурак? Впрягся наполнять вёдра за всех, а эти хохотушки и рады лишней минуте поболтать.
— Ну, чего глаза пялишь? Налей уже и мне заодно!
Он нахмурился, опустил глаза и молча продолжил. Земля у колодца была уже влажной, а на пареньке играли блики от воды. Соседки бросали на меня лукавые взгляды, толкая друг друга локтём. Одна, самая бойкая, крикнула:
— Кого мы видим?! Сам староста соблаговолил за водой спуститься! — раздался громкий и дружный смех. — Али это просто повод с кем-нибудь из нас встретиться? Али присмотрел кого?
Самая высокая ткнула пухленькую девицу, та покраснела и прикрыла лицо руками, но и сама не сдержала смешка. Другая, постарше, фыркнула и закатила глаза, а третья, в платке с цветами, смущённо улыбнулась. А я сразу припомнил Ольгу, которую когда-то присмотрел. Жаль матушка не одобрила. Я что-то почувствовал, но не хотелось об этом думать. Вместо этого я сказал:
