«ПОД ФУНДАМЕНТОМ»
Глава первая. Шаги под спортзалом
Дождь начался ещё ночью и к утру превратил улицы Северска в длинные серые ленты, отражавшие окна домов, редкие фары автомобилей и тусклое октябрьское небо. Вода стекала по водосточным трубам, собиралась в лужах возле тротуаров и тяжёлыми каплями падала с козырьков подъездов. Город просыпался нехотя. На остановках люди прятали лица в воротники, автобусы шипели тормозами, а из открывавшихся магазинов пахло свежим хлебом и кофе.
В Северске жило около шестидесяти тысяч человек. Город был достаточно большим, чтобы незнакомые люди могли годами проходить мимо друг друга, не запоминая лиц, и достаточно маленьким, чтобы любая необычная история за пару дней становилась известна всем.
Здесь знали, у кого в соседнем подъезде затопило квартиру, кто собирается продавать машину и чья дочь поступила в университет. Здесь помнили старые названия улиц, хотя на табличках давно красовались новые. А ещё здесь существовали истории, которые старожилы рассказывали только на кухнях, понизив голос и предварительно убедившись, что дети не подслушивают.
Но к этим историям большинство относилось как к обычным городским байкам.
Алексей Сергеевич Воронцов тоже относился к ним именно так.
Во всяком случае, до того октябрьского утра.
Он опаздывал на три минуты.
Для человека, который пятнадцать лет преподавал историю в четвёртой городской школе, три минуты не считались серьёзным происшествием. По крайней мере, Алексей Сергеевич именно так говорил своим ученикам, когда те появлялись в кабинете после звонка.
Однако сегодня он сам ускорил шаг, миновал школьную проходную и едва успел придержать тяжёлую входную дверь, прежде чем она захлопнулась за спиной.
В свои сорок два года Алексей Сергеевич выглядел человеком, привыкшим больше думать, чем говорить. Высокий, худощавый, с короткими тёмными волосами и серебристыми нитями у висков, он обладал серыми глазами, которые замечали мелочи прежде, чем он успевал осознать, почему они его заинтересовали. Тонкие губы почти всегда сохраняли серьёзное выражение, но ученики знали: стоило кому-нибудь задать по-настоящему интересный вопрос, как в уголках его рта появлялась едва заметная усмешка. Сегодня на нём был тёмный пиджак поверх светлой рубашки, а через плечо висела потёртая кожаная сумка, которую он носил ещё с первых лет преподавания.
Внутри пахло мокрыми куртками, пылью и свежей краской. Где-то на втором этаже громко переговаривались дети. В коридоре первого этажа уборщица двигала швабру по линолеуму, оставляя за собой блестящую влажную полосу.