За несколько месяцев работы на волшебной почте Артём успел понять одну простую вещь: странные письма почти никогда не приходят в странное время. Они появлялись утром, когда все торопились на работу, днём, когда в сортировочном отделе становилось жарко от бесконечного движения конвертов, или вечером, когда почта уже начинала пустеть и сотрудники мечтали поскорее закрыть смену. Самые неприятные письма обычно выглядели совершенно обыкновенно, без светящихся печатей, говорящих конвертов и адресов, написанных невидимыми чернилами. Они просто лежали среди остальных, терпеливо ждали своего часа и делали вид, что не имеют никакого отношения к неприятностям, которые начинались после их доставки. Поэтому, когда Артём в одно обычное утро обнаружил на своём столе небольшой коричневый конверт, он сначала даже не обратил на него внимания.
Письмо лежало между посылкой для старого лесного духа и пачкой поздравительных открыток, которые нужно было отправить в деревню, где жили семь сестёр-фей. Артём перебирал конверты, проверял адреса и ставил на них маленькие почтовые отметки, когда заметил на коричневой бумаге странный след. Он выглядел как царапина, только слишком ровная, чтобы быть случайной. Четыре тонкие линии сходились в одной точке, словно кто-то провёл когтем по воску, оставив после себя небольшой рисунок. Артём взял письмо в руки и почувствовал слабое тепло, исходившее от бумаги. Оно было почти незаметным, но достаточно отчётливым, чтобы понять: конверт находился здесь не случайно.
Шмыг в это время сидел напротив и пытался открыть коробку с засохшими чернилами. За последние месяцы он почти не изменился, разве что стал немного увереннее ходить по почте и перестал каждый раз заглядывать под стол, когда поблизости хлопала дверь. Он поднял голову, увидел письмо в руках Артёма и сразу отложил коробку. Артём показал ему странный след на воске. Шмыг подошёл ближе, прищурился и осторожно коснулся рисунка ногтем, после чего быстро убрал руку. Он сказал, что такая печать ему незнакома, хотя за последние годы видел почти все виды драконьих писем, которые приходили на почту. Артём спросил, почему он решил, что печать драконья, и Шмыг ответил, что у обычных существ не бывает привычки оставлять на конвертах след собственного когтя.
Они посмотрели на обратную сторону письма. Там было написано всего несколько слов: «Артёму Ковалёву. Волшебная почта. Лично». Обратного адреса не было, но ниже стояло имя отправителя. Артём прочитал его дважды, потому что сначала решил, что неправильно разобрал буквы. Отправителя звали Искрик. Это имя ничего ему не говорило, однако Шмыг, увидев его, вдруг нахмурился и сказал, что знает такую фамилию. Артём удивился, потому что раньше никогда не слышал, чтобы у драконов были фамилии, но Шмыг объяснил, что некоторые драконьи семьи сохраняли старые человеческие имена ещё со времён, когда люди и сказочные существа открыто торговали друг с другом. Затем он добавил, что Искрик принадлежит к одной из самых старых драконьих линий, хотя сам, по слухам, ещё совсем молодой.
