Доктор Йонас неважно выглядел. Не сказать, что штатный маг и эмпат Сесилия Андерсон могла похвастать орлиным взором, но она довольно быстро заметила и застарелые чайные пятна на дешевом синтетическом свитере, и лёгкую дрожь докторских рук.
— Честно говоря, я переживал, — держался терапевт, однако, молодцом. — Мы давно не виделись. Я в самом деле часто задумывался: «А как там мисс Андерсон?» Я рад, что вы пришли. Вот, даже поднял наши старые записи. Давайте посмотрим, на чём мы остановились
«Притворяется, — качая головой, подумала Андерсон. — Он ничего не забывает». Она так и не поняла, как в его мозгах могло помещаться столько всего. Доктор Йонас напоминал ей огромную ходячую библиотеку. Однажды, глядя на часы, он довольно изрёк: «О! Кажется, Джеймстаун уже основали!» Далеко не сразу Андерсон поняла, о чём идёт речь. Сперва она пусто посмотрела на потёртый циферблат. Часы показывали 16:07. «Ах вот оно что!» — догадалась наконец Андерсон и ответила доктору улыбкой, полной радости, по силе сопоставимой с восторгом моряков, впервые увидевших землю, которую потом назовут Джеймстауном.
— Минутку, — буркнул доктор Йонас, переворачивая здоровенные листы, вдоль и поперёк исписанные. — Никак не могу найти.
Андерсон понятливо кивнула. Это представление ей было знакомо, хотя из раза в раз поражала искренность, с которой терапевт прикидывался неловким и забывчивым.
— А! Вот оно. Преследующее вас воспоминание. Вы не против, если мы начнём с него?
— Я — «против, против, против». — Я не против, доктор.
***
Мягкие руки Сесилии Андерсон, удивительно маленькие для весьма впечатляющего роста обладательницы — почти пять и восемь футов — были сбиты в кровь и утыканы занозами, как праздничные канапе — зубочистками.
— Сейчас, сейчас, сейчас Сей — в стотысячный раз она навалилась на рычаг, который она на ходу изобразила из куска арматуры, — час!
Бетонная глыба размером с Андерсон не поддалась. «Ну-ка, вот вам задачка! Что тяжелее: фунт перьев или фунт камней?» — хитро спрашивала память голосом миссис Торн, учительницы арифметики. Андерсон прыгнула на железяку опять. Опять. И опять. Глыба, видимо, всё-таки весила больше, чем мешок из мяса, крови и костей по имени Сесилия Андерсон. Или не любила арифметику. Одно из двух.
Потолок заскрежетал. Застонали опоры. Новый гул сотряс землю, и дрогнула расколотая плитка, подбросив Андерсон чуть ли не на дюйм-другой в воздух, как будто под ногами был не пол, а полотно батута. Кашляя от пыли, смрада и жара, Андерсон бросилась всем телом на здоровенный кусок бетона, надеясь Она не знала, на что она вообще надеялась. Сдвинуть его собой, хотя бы немного? Грянуло ещё раз, и на голову и плечи, в лицо и глаза насыпалось, такое чувство, ведро пыли. Совсем рядом затрещали искры, брызжущие из раненой проводки.
