Глава 1. Да прибудет Свет.
Декабрь 1991 года. Москва. Подвальное помещение на Лубянке.
Четверо мужчин сидят вокруг деревянного стола.
Строганов: Страны больше нет. Вы это понимаете?
Решетников: Мы заметили. Уже три недели зарплату не платили.
Строганов: Не о деньгах речь. Сейчас начнётся хаос. И в нём всплывёт то, что мы тридцать лет держали под колпаком.
Он открывает сейф. Достаёт тонкую папку с грифом «Совершенно секретно. Хранить вечно».
Отец Алексей: (спокойно) Вы о нечисти, Виктор Сергеевич?
Строганов: О ней самой. При Советах мы её давили. Но она не умерла. Она спала. А сейчас проснётся.
Волхов: (поправляет очки) Не вся. Но та, что дикая — да. Лешие, кикиморы, Мары. Они чувствуют слабость государства.
Решетников: И что вы предлагаете?
Строганов: Создать структуру, которая придёт на смену тому, что рухнуло. МВД не справится. Армия — не обучена. Нужен ОСНАЗ.
Решетников: ОСНАЗ? Это расшифровывается как
Строганов: (перебивает) Потом узнаете. Если подпишете.
Волхов называет цену. Каждый платит. Глазами, памятью, жизнью.
Решетников: (смотрит на свою руку) Вписывайте меня.
Строганов: (берёт перо) Тогда подпишем. Первый приказ ОСНАЗ: считать созданным подразделение
Его рука выводит слова на бумаге. Читатель не видит название.
Часы бьют полночь. 31 декабря 1991 года.
Страны больше нет.
Но есть ОСНАЗ.
Москва. Высотное здание на Покровке. Год 2013.
Лифт пахнет старым деревом, мастикой и чем-то ещё — сладковатым, неуловимым. Как в церкви после вечерней службы.
Игорь Сомов стоит у стенки, сжимая в потной ладони командировочное предписание. Бумага мятая, с печатями — его перевели из Чечни в Москву. «По состоянию здоровья». Хотя какое здоровье, когда полчерепа разворочено осколком?
Он смотрит на кнопки.
Этаж 3. Этаж 8. Этаж 12. Этаж
— Ваш? — спрашивает мужчина в штатском, который зашёл следом.
— Не знаю, — честно отвечает Игорь. — Мне сказали: «Приезжайте на Покровку, войдите в здание, поднимитесь в кабинет начальника».
— А начальника как зовут?
— Там написано: «Матвей Ильич».
Мужчина усмехается.
— Тогда вам на минус первый. Только кнопки нет. Надо ключом.
Он достаёт брелок, прикладывает к сенсору. Загорается кнопка «-1».
— А вы? — спрашивает Игорь.
— А я мимо. Командир.
Мужчина выходит на третьем. Лифт едет дальше. Вниз.
Двери открываются в коридор, освещённый тусклыми лампами. Стены — бетонные, но на них развешаны иконы. Между иконами — схемы, карты, фотографии.
Игорь выходит.
В конце коридора — дверь с табличкой: «Матвей Ильич Волхов. Старший научный сотрудник».
Он стучит.
— Войдите, — скрипучий голос.
