Глава 1. Нехорошее зеркало
Все романы заканчиваются свадьбой, а зря: это всё равно что заканчивать произведение на эпизоде, в котором на человека в тёмном лесу нападают разбойники.
Л.Н. Толстой
Когда я вижу своего мужа, то представляю не ворона, пусть он и принадлежит этому роду. Он – тень. Тень, которая проникает за любые двери, окна, заглядывает в мысли, в желания, видит всё. Звучит угрожающе? Пожалуй, да. Если тень не на твоей стороне, она накроет тебя, где бы ты не спрятался, куда бы не забился. А затем тень вывернет тебя наизнанку, потому что всеведущий Ворон умеет быть безжалостным. Он узнает, что ты делал сегодня утром, будет осведомлен о том, что ты хотел бы скрыть. Маленькие грязные делишки? Пошлые мысли? Стыдные тайны? Тень будет знать. Как? Если у тебя есть нос, ты чувствуешь запахи. Если у тебя есть глаза, ты видишь свет. Яр читает мысли.
Утром я пританцовываю, пока умываюсь, и тут же вижу на губах мужа улыбку. Он слышит мелодию в моей голове и имеет возможность насладиться моим же голосом, который мысленно подпевает песне. Заметив недовольную гримасу, всеведущий заботливо одаривает меня контрольным поцелуем в висок и старательно не замечает некоторое время, великодушно позволяя оправиться и накопить немного тайн… до вечера. Нет, Ворон уважает личное пространство и даже не читает меня намеренно, но невольно слышит и ничего не может с этим поделать.
Через триста таких утр я уже не уверена, есть ли во мне хоть что-то, о чем бы Яр не знал. Это слегка напрягает. Я ведь живой человек, предпочла бы скрыть некоторые… детали.
Очередное утро началось с того, что я вылезла из ванной, закуталась в халат, а затем пошаркала к зеркалу. Задумчиво постояв перед ним, я, наконец, фыркнула и, на манер эксгибициониста, подкарауливший случайного прохожего, решительно распахнула халат.
Высокое напольное зеркало смотрело на меня округлив стеклянные глаза. Я покрутилась то одним боком, то другим… С каждой секундой становилось всё страшнее: из отражения на меня смотрел бегемот.
До родов осталось всего две недели.
Ох…
Бегемоты очень даже забавные и симпатичные животные, но я не ожидала, что за пару месяцев превращусь в одного из них. Грудь увеличилась, но это полбеды – я ее не узнавала. Ареолы сосков явно потемнели и угрожающе расширились. Или всегда так было? Не может такого быть! Или может? Мне кажется, что они были ближе к розовому, чем к коричневому…
Поначалу я отслеживала изменения своего тела тщательно и любовно, гордясь красиво выпячивающимся животиком. Но ближе к последнему месяцу, изменения стали какими-то слишком глобальными, а животик превратился… в живот. Нет, в ЖИВОТ.
