Тот сон был сплошным кошмаром от начала до самого конца. А ведь Алина много всего перевидала, одинаково плохо засыпая на любых кроватях. В ночь перед свиданием с отцом ворочалась особенно долго, иногда открывала глаза и смотрела в тёмную пустоту. А потом получилось, что сама собой пришла другая тёмная пустота.
Она сначала была пустотой в конце неясного коридора, ни на что не похожего. Потом вдруг начала катиться, надвигаться, превращаясь в чёрный-пречёрный (Таня бы точно сказала именно так) каменный шар. Аля быстро поняла, что деваться ей некуда, и растущая как на дрожжах глыба вот-вот раздавит или покалечит. Но ровный блестящий колобок размером с телёнка остановился в двух шагах и застыл.
Однако застыл не совсем. Претерпел некую пластическую операцию. В верхней части шара постепенно проклюнулась мерзкая физиономия, выглядящая тоже чёрной и каменной, но, тем не менее, живой и подвижной. В довершение у монстрика прорезались красные глаза и ещё более красные, активно шевелящиеся губы, за которыми зубов, кажется, не было вовсе.
– Не переживай, – сказал каменный идол на чистом русском языке и громко икнул. – Мне сказали, что шизофренички легко переносят подобные зрелища.
Джоки, естественно, сразу же захотелось возразить:
– Я вообще-то не шизофреничка, даже если кому-то хочется меня ею сделать. Думаю, я случайно попала не в свой сон. Так что лучше я сейчас проснусь, и мы больше не увидимся.
– Нет-нет! – неожиданно испугалось существо. – Не вздумай! Мне поручено передать тебе кое-что важное, иначе меня бросят в алмазную мельницу и сотрут в порошок. Незавидная участь, скажу я тебе. Хуже только, если в рай отправят.
– Ты – чёрт? – вдруг догадалась Джоки. – Или бес?
– Да называй, как хочешь, всё едино, – легко согласился идол, бесконечно судорожно икая. – Бесом зваться лучше – меньше поминают. А то видишь, как приходится мучиться. Хорошо, что я не один на свете, чертыханья на всех равномерно распределяются. А то давно бы расчертился. Преставился, по-вашему, а проще говоря – помер.
Аля хотела сказать, что ей вообще-то всё равно, сколько чертей на свете и сколько требуется упоминаний, чтобы все нечистые расчертились. Может, и невежливо, да ни к чему такой сон дальше смотреть. Вот только проснуться почему-то не получается.
– Тебе льготы положены, так хозяин решил, – сообщил тем временем Бес. – Поскольку всё-таки ты Аль-Фазира завалила, способной себя показала. Значит, с тобой интересно будет кое в какие игры поиграть, время пришло.
– Никого я не валила, – поморщилась Аля. – Тот повелитель сам умер, от страха. Мне Костя рассказал.
