ПРОЛОГ. ПЕРВЫЙ, КТО ПОБЕЖАЛ
Когда Кер закричал, никто не услышал звука.
Утро начиналось как обычно.
На верхних уровнях города гасли ночные навигационные огни. Между башнями поднимались пассажирские платформы. Воздушные трассы меняли цвет с синего на белый, и тысячи транспортных капсул занимали места в невидимых потоках.
Кер просыпался снизу вверх.
Сначала производственные уровни.
Потом транспортные.
Затем открывались школы, медицинские станции, рынки, жилые сады и прогулочные платформы.
Тридцать восемь миллионов жителей начинали новый день, не подозревая, что для некоторых он продлится меньше минуты.
Рейн Оллар сидел перед главным экраном Восточного транспортного узла и ждал, когда напиток в его чашке остынет настолько, чтобы перестать быть оружием.
— Ты снова заказал горячий? — спросила женщина за соседним пультом.
— Я заказал тёплый.
— Тогда почему от него идёт пар?
— Потому что система считает, что знает мои желания лучше меня.
— Возможно, за двадцать три года она изучила тебя лучше, чем ты сам.
Рейн посмотрел на чашку.
— Тогда она должна знать, что я не люблю обжигаться.
Женщину звали Тара Венн. Они работали в одной смене почти одиннадцать лет и давно научились разговаривать, не отрываясь от экранов.
Перед ними двигались миллионы светящихся точек.
Каждая означала транспортную капсулу.
Каждая везла людей.
Большинство маршрутов рассчитывал Кер.
Не город — система управления городом, которую тоже называли Кером. Она распределяла потоки, меняла высоту движения, разводила встречные линии, открывала посадочные платформы и перенаправляла транспорт при авариях.
Кер принимал миллиарды мелких решений.
Но не выбирал цели.
Он мог определить, как доставить человека в нужное место.
Не мог решить, куда тому следовало ехать.
По крайней мере, так было написано в техническом регламенте.
Рейн следил только за отклонениями. За двадцать три года он научился замечать опасность раньше, чем аварийная система успевала присвоить ей код.
Поэтому пустую капсулу увидел сразу.
Она двигалась по трассе сто семнадцать, затем без предупреждения покинула поток и пошла вниз.
— Тара.
— Вижу.
— Номер?
— Семь-два-восемь.
Рейн вызвал транспорт.
— Капсула семь-два-восемь, подтвердите изменение маршрута.
Ответа не было.
Тара увеличила изображение.
— Пассажиров нет.
— Где она должна находиться?
— В техническом секторе. Ночной маршрут завершён двадцать три минуты назад.
— Тогда что она делает на сто семнадцатой?
— Видимо, решила ещё немного поработать.
— Транспорт не принимает решения.
— Я пошутила.
— Я тоже.
Тара посмотрела на него.
— Нет.
Пустая капсула опускалась к старым уровням.
