Глава 1. Минус тринадцать
30 декабря – это когда город уже в гирляндах, люди вокруг суетятся, а ты ещё словно в диагнозе, замученный этим годом до неузнаваемости. С утра всё началось с классики: банк решил, что я проявляю подозрительную активность перед Новым годом. Карта улетела в блок. Приложение отправилось в истерику, сообщая, что мне срочно, очень срочно необходимо обратиться в ближайшее отделение банка. Голос в телефоне поддержки отправили меня в пешее эротическое путешествие в ближайшее отделение банка с формулировками вызывающими легкий ступор, которые слушаешь как приговор: "Мы заботимся о вашей безопасности. Подтвердите, что вы – это вы."
Я подтвердил как мог. Жизненные обстоятельства со мной не согласились. Вчера на работе меня уволили так, будто выключили свет: без крика, без пафоса, просто хлопнули выключателем и сказали: – У нас оптимизация расходов. Не принимай на личный счёт.Вот это меня всегда умиляло. Мой личный счёт как раз в блоке, какая честь. Я вышел с коробкой – в ней кружка, зарядка и диплом, который опять оказался декоративной салфеткой. Пока шёл к остановке, меня дважды поздравили с наступающим. Первый раз – бабушка с лицом "я пережила две эпохи и ещё переживу твоё увольнение". Второй – мужик в костюме Деда Мороза, который, судя по запаху, праздновал уже третий Новый год подряд.
– С наступающим! – сказал он.Я хотел ответить: "Сочувствую", но вовремя вспомнил, что я воспитанный и ещё не окончательно испортился.
Дома меня встретил холодильник прямо художественной размороженной лужей от вишни. Даже холодильник умер гордо и красиво, хотя и выглядело это как в каком-то хорроре. Холодильник сломался не тихо и не быстро, а с демонстративным потопом, будто хотел, чтобы я помнил его вклад в моё психическое состояние накануне Нового года.
Я прошёлся по квартире, осмотрел её и поймал себя на мысли: у меня есть неоспоримый талант – превращать пространство вокруг себя в иллюстрацию к слову “ну всё, пиец”. Раздался звонок. Конечно, это была не работа, меня же уволили. И не банк, они всегда обманывают, когда говорят, что заботятся о нас. И даже не жена, потому что жена теперь общалась со мной исключительно через адвоката.
Звонил домофон.
– Кто? – сказал я в трубку голосом человека, который готов услышать только один вариант: “смерть – вам пора”. – Это… – замялся голос снизу. – Бригада.– Какая бригада?– Новогодняя.
Я прикрыл глаза и в голове пронеслась мысль: секта, реклама, розыгрыш, какого хрена тут вообще происходит.
– Ремонт?– Нет. Уборка.– У меня убрано, спасибо, холодильник правда сдох, труп его заберете? Хотя, нет не надо, жизнь сама всё выносит и не спрашивает.– Мы не по уборке помещений, – голос снизу стал серьёзнее, как будто он действительно занимался чем-то важным, словно на государственной службе. – Мы… по последствиям.
