Из личного архива профессора О.А. Козенского.
Фрагмент рукописи «Эра Света: реконструкция утраченных хроник».
За окном падал снег.
Крупные, тяжёлые хлопья бесшумно ложились на подоконник, на ветви старых лип в академическом парке, на каменные дорожки, уходящие в предрассветную мглу. Зима в этом году выдалась ранняя. Будто сама природа решила укрыть мир плотным белым саваном — спрятать, заморозить, выиграть время.
Я стоял у окна и смотрел, как снег заметает следы.
В кабинете было тихо. Только старые напольные часы мерно отсчитывали секунды, превращая их в минуты, часы, годы. Стены, уставленные фолиантами, хранили знания, которые предпочли бы остаться забытыми. Письменный стол, заваленный свитками и распечатками, напоминал поле боя — здесь теория сражалась с фактами, и чаще всего побеждали последние.
Настольная лампа горела ровным, жёлтым светом, выхватывая из полумрака манускрипт.
Он был стар — настолько, что его язык давно перестал быть языком и стал шифром. Большинство современных исследователей читали его в переводах. Я — нет. Я выучил наречие, чтобы слышать первоисточник без посредников.
Рядом с ним лежала моя тетрадь. Чёрная, в кожаном переплёте, исписанная мелким, убористым почерком. Диаграммы. Схемы. Символы, значение которых я расшифровывал годами.
Двадцать лет.
Я собирал это знание по крупицам: в закрытых архивах Верховного Совета; в пыльных хранилищах Академии, где столетиями копились забытые знания; в устных свидетельствах тех, кто помнил достаточно, чтобы бояться.
Я собирал, записывал, анализировал.
Эту легенду знает каждый страж. Её рассказывают на первом курсе, её цитируют в учебниках, её символы высечены на стенах Цитадели. Как напоминание.
О чём?
О том, каким был наш мир до Распада. До того, как реальность раскололась на Явь, Правь и Навь. До Смутного времени. До всего, что мы теперь называем «порядком вещей».
Легенда о Раяне и Л'Аярде. О начале конца.
Я знал её наизусть. Каждое слово, каждую паузу, каждый намёк. Но только сейчас, спустя два десятилетия, кажется, начинал понимать, что на самом деле спрятано между строк.
Я подошёл к столу, надел очки и склонился над пожелтевшим пергаментом.
«Эра Света».
Удобное название. Красивое. Оно успокаивает, создаёт ощущение утраченного рая, к которому мы должны стремиться. Но что на самом деле за ним стоит?
Человек дуален по своей природе. Он привык делить всё на добро и зло, на свет и тьму, на своих и чужих. Эта бинарность — его проклятие и его опора. Ему нужны чёткие ориентиры, чтобы не заблудиться в собственной душе.
