“Иногда для того, чтобы счастье пожаловало в твой дом, а главное, в твою душу, с этой душой могут играть до сих пор неизведанные силы…”. Эта строчка не выходила из моей головы ещё долго после того, как я перевернула последнюю страницу книги. Чтение в эти времена было единственной моей отдушиной, а книги местом, куда я могла сбежать от холодной реальности. Да… Почему, чтобы просто быть счастливой нужно столькое пройти? Неужели и мой рок таков? Любовь это великое счастье, так почему же два сердца, которые любят не могут просто быть вместе?
– “Александра, прекращай мечтать, собирайся в костёл скорее, опаздываем!” – матушка выдернула меня из мира рассуждений ледяными щипцами житейских вопросов.
Ну, что ж, костел – это, безусловно, важно. Мои отношения с Богом сейчас претерпевали трудные времена. С тех пор, как мой возлюбленный, Александр, перестал присылать письма, я уже и не верю даже в то, что он жив.
Наша история с Александром начиналась не очень романтично.
Моя матушка большая любительница азартных игр. А после смерти татки от горя она спасалась только в картишках. Наша семья каждый год традиционно проводила зимние праздники в Вильне, там у нас большое поместье. В один такой зимний праздничный вечер, мне тогда было семнадцать лет, маменька занималась своим любимым делом – картами. Но игра оказалась весьма неудачной и она проиграла помещику целых тридцать тысяч талеров. Помещиком этим оказался Александр, мой Александр. С тех пор он стал частым гостем в нашем доме. Я в те годы была очень мечтательна, вот мысли об Александре и заполнили мою голову. Спустя бесчисленное количество моих попыток обратить на себя внимание молодого человека, наконец попытки эти увенчались успехом. Так и закрутился наш роман. Каждые зимние праздники мы с тех пор проводили вместе. Зимы у нас всегда снежные и красивые, так, что нам было чем заняться: мы играли в снежки, Александр катал меня на санках, вместе мы лепили невероятные фигуры из снега и, конечно, ходили на рождественские службы в костёл. Александр разделял со мной мою веру, я молилась за него, а он за меня. С годами наша связь только крепчала, а общих воспоминаний в нашей копилке только множилось. А почти год назад, в Рождество, Александр попросил у моей маменьки мою руку и сердце.
Преградой к нашей счастливой семейной жизни стало то, что Александр был православным. А костёл ни за что не давал согласие на такой брак. Мы с матушкой Теодорой не раз ходили к ксензу, в нашем местечке, Верейках, только он имел такой сильный авторитет над нами. Мама даже денег ему предлагала. Но, как понимаете, денег он не взял, твердил только одну лишь фразу: “Костëл никогда не одобрит такой брак!”
