Тёмный экран монитора отбрасывал призрачные блики на уставшее лицо Марка. Часы показывали 3:17 — обычное время для его кошмаров. Но сегодня он не собирался сдаваться.
Пальцы стучали по клавиатуре с привычной ловкостью, вычерчивая строки кода. Перед ним на столе — кружка давно остывшего кофе, стопка блокнотов с хаотичными заметками и голографическая схема нейронных связей, мерцающая слабым синим светом. Марк хмуро вгляделся в графики: ещё одна неудачная попытка. Опять сбой на фазе глубокого сна.
«Сон‑контроль» должен был работать. Должен. Он вложил в этот проект всё: бессонные ночи, последние сбережения, остатки веры в себя. Приложение для осознанных сновидений — не просто игрушка. Для него это шанс победить кошмары, которые преследовали его годами: тёмный переулок, удаляющиеся шаги, крик, замирающий в тишине…
Марк зажмурился, встряхнул головой, отгоняя воспоминания, и запустил очередной тест. Интерфейс засветился мягким фиолетовым — система подключилась к нейрогарнитуре. Он надел устройство, сделал глубокий вдох и произнёс:
— Запуск протокола «Рассвет».
Мир поплыл, растворяясь в вихре пикселей. Но вместо привычного погружения в сон…
…он услышал голос. Чёткий, холодный, будто исходящий из глубин самого кода: «Доступ получен. Добро пожаловать в общий сон, Марк».
Руки резко сорвали гарнитуру. Монитор мигал тревожным красным. На экране вместо графиков появилась одна строка:
«Подключено 42 пользователя. Синхронизация завершена».
Марк замер, чувствуя, как по спине пробежал ледяной озноб. Он не запускал синхронизацию.
