Дорогие читатели!!!
От всего сердца рада представить вам свою первую книгу — «Невозможное возможно». Это не просто история, а частичка моей души, воплощённая в словах и образах.
Я вложила в этих героев свои мысли, мечты и переживания — и очень надеюсь, что они станут вам близки, найдут отклик в вашем сердце и, быть может, даже станут добрыми знакомыми, с которыми не захочется расставаться. Пусть их путь, полный испытаний и открытий, увлечёт вас и подарит те самые волшебные мгновения, ради которых мы и любим книги.
Эту книгу я посвящаю своему папе. Он обожал фэнтези и умел видеть магию в самых обычных вещах. Его поддержка и вера в меня были безграничны. К сожалению, он никогда не сможет прочесть эти строки, но я знаю: где бы он ни был, он бы гордился. И эта история — мой способ сказать ему «спасибо».
Пусть страницы этой книги подарят вам вдохновение и напомнят: невозможное — возможно.
С теплом и благодарностью, ваша Стасия Викбурд
Проснулась я от того, что кто‑то очень рьяно толкал меня в спину. «Люся», — подумала я. У моей кошки было прямо негласное правило: ложиться у стеночки, упираясь в неё, и спинкой выталкивать меня с кровати.
Не открывая глаз, я протянула руку за спину и, как всегда, похлопала кошку по бокам, чтобы она прекратила свои деяния. Сон снился такой сладкий — тёплый, солнечный, будто я гуляла по летнему лугу, а вокруг звенели кузнечики и пахло свежескошенной травой…
Но тут средь сладкой дымки сна до меня донеслись слова:
— Чего тулишься? Места, что ли мало?
Я замерла.
«Это не Люся».
Выпучив глаза, я заорала. Так, как может орать человек, который живёт один в однушке со своей кошкой Люсей. Ну, а как мы знаем, кошки на человеческом языке не разговаривают.
Отскочив на пару метров от кровати — и с удивлением отметив, что странно много свободного места и я не упёрлась в шкаф, — я попыталась в кромешной темноте разглядеть, кто со мной заговорил. Одновременно нащупывала стол, чтобы схватить что‑нибудь потяжелее для хоть какой‑то защиты.
— Чего орёшь? И не спится тебе в такую ночь? — пробурчал кто‑то из кровати.
— Ты кто?! — Я старалась говорить чётко, не заикаясь.
— Вообще ополоумела со страху? Я твой фамильяр!
— Какой ещё, к чёрту, фамильяр?! Что ты делаешь в моей кровати? Нет, не так: что ты делаешь у меня дома?!
— Ну успокойся, лапонька. Вспоминай: ты — Ева, будущая жена графа… Кхе‑хе… Теперь уже не будущая и не жена — после того, что произошло накануне… Кхе‑хе.
— Кого жена?! СТОПППППП! А что произошло накануне?! — Я силилась вспомнить, что же было вчера вечером, но ни одна картинка не всплывала. — Да что же это такое!
