Все названия, термины, исторические факты и личности, упомянутые в книге, были подвергнуты художественной переработке и не могут рассматриваться как правдивые в условиях реальной жизни. Любые совпадения случайны. Автор не занимается оправданием, оскорблением или пропагандой чего-либо. Сигареты, алкоголь и наркотики – опасны и вредят здоровью.
***
Стоя на улице, я смотрела на стремительно бледнеющее небо. Над Бриджуотерским треугольником восходило солнце. В Исправе начинался новый день. Вроде бы такой же, как вчерашний. И всё же, было кое-что, что отличало сегодняшнее утро от всех предыдущих. Сегодня в школе стало на одного студента меньше.
– Идём, – подошёл ко мне со спины директор. – Они готовы.
Мы вернулись в его кабинет, где до этого просидели в тишине и молчании больше двух часов с того момента, как директор увёл меня из общежития и больше не покидал. Возможно, опасался, что я попытаюсь сбежать. Или сделаю какую-нибудь другую глупость. За всё это время Блейк ни разу ничего не спросил и вообще заговорил лишь после того, как в кабинет без стука вошёл Гуверт и передал начальнику записку. Ознакомившись с её содержанием, Блейк проговорил мрачно:
– Скоро здесь будет глава королевских комиссаров, – и метко зашвырнул смятый кулаком клочок бумаги в мусорное ведро.
Я кивнула, показав, что услышала.
– Теперь слушай и запоминай, – с нажимом продолжил старший нефилим, складывая руки на столе и смыкая пальцы в замок. – На все вопросы отвечай честно, но коротко. «Да», «нет», «не помню», «не знаю», «не видела», «не слышала». В подробности вдавайся только если попросят. Говори уверенно, если в чём-то сомневаешься, лучше вообще не отвечай. На провокации не реагируй, молчи. Все предположения и допущения оставь при себе. Они и без тебя во всём разберутся. Твоя задача – свести общение к минимуму. И помни – ты ни в чём не виновата.
– Хорошо, – прошептала сухими губами. – Я могу выйти на минутку? Мне надо подышать.
Блейк направил на меня долгий испытывающий взгляд, потом встал, отдёрнул в сторону шторку рядом с большим окном, которая, как я считала до этого, выполняла исключительно декоративную функцию. Но за ней оказалась стеклянная дверь.
– Можешь выйти на мою террасу, – предложил он, распахивая дверь и впуская свежий поток воздуха, по-утреннему резкого и бодрящего, навевающего привычные сожаления, что не остался в тёплой кровати.
– Не знала, что у вас есть собственная терраса, – попыталась улыбнуться я, вставая и выходя в дверь.
Архитектурная конструкция за окнами его кабинета была классической, полностью открытой, без навеса и забора, состоящая из деревянного настила, «плавающего» на гравийной подушке и вплотную примыкающего к стене.
