Главный герой (архимаг): Проснувшийся после магической комы архимаг Аркадий Морозов. Он циничный, язвительный, привык решать всё силой и терпеть не может бюрократию. Его силы после пробуждения нестабильны, и он вынужден работать в отделе магических расследований, чтобы не лишиться лицензии.
Напарница (детектив): Капитан магической полиции Алиса Ветрова. Она практична, иронична, до мозга костей бюрократ, но талантливый следователь. Терпеть не может выскочек-магов и его высокомерные замашки.
Пролог: Пробуждение
Потолок был идеально белым. Таким белым, что у Аркадия Морозова, архимага третьего ранга, закралось подозрение: его либо уже похоронили, либо поместили в самую дешёвую палату магического общежития. Третьего не дано — он слишком хорошо помнил, что в мире магии идеальная белизна достигается только двумя способами: заклинанием «Великая чистота», которое стоит как крыло дракона, или банальной побелкой с добавлением костной муки, которую используют в моргах.
— О, вы очнулись, — раздался скрипучий голос откуда-то слева. — А я уж думал, придётся сдавать ваше место под склад ингредиентов.
Аркадий повернул голову — процесс оказался мучительно медленным, будто шея была залита расплавленным свинцом, который уже начал застывать. В кресле у окна сидел тощий субъект в зелёном халате, с лицом, напоминающим засушенную тыкву. На груди у него висел бейдж: «Главный некромант-реаниматолог К. З. Мертвяков». Палочка, торчащая из кармана, была обмотана изолентой — верный признак бюджетного учреждения.
— Где я? — выдавил Аркадий. Голос звучал как скрип несмазанной телеги, что было обидно для мага, который когда-то одним словом мог превратить врага в лягушку, а заодно и его замок.
— В отделении посмертной коррекции и магической реанимации имени Серафимы Вечнохворающей, — жизнерадостно отрапортовал некромант. — Вы у нас уже три недели. И, кстати, ваш страховой полис истёк две недели назад. Так что, если вы не архимаг, как у вас там написано в истории болезни, а просто нахал с магическим кристаллом, то мы вас быстро выпишем... на тот свет.
Аркадий попытался вспомнить, что с ним случилось. В памяти зияла такая же идеальная белизна, как и потолок. Была битва? Был ритуал? Был он сам, пьющий эликсир силы, который, как выяснилось, оказался просроченным на пару столетий? Последнее, что он помнил, — это тёмный зал, крики и собственное заклинание, которое пошло не по плану.
— Где мой посох? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал твёрже.
— А, это! — Мертвяков закатил глаза. — Изъят на экспертизу. Вы, батенька, у нас числитесь как «объект, представляющий потенциальную угрозу». Ваш посох, между прочим, прожег дыру в четырёх измерениях и испортил обеденный перерыв дежурному демонологу. Поэтому его опечатали, а вам выдали временную замену.
