Глава1. Та, кто не отступила
Рассвет над холмом всегда начинался одинаково: медленно, неохотно, словно само солнце не хотело просыпаться в этом краю. Туман цеплялся за камни стен Школы Стального Ветра, полз по черепичным крышам казарм, ложился серебряной дымкой на тренировочные дворы. Где-то вдалеке, за частоколом, просыпался лес - шелестели старые дубы, перекликались птицы, и этот звук был единственным, что нарушало тишину предрассветного часа.
Каэль Железный Шторм стоял у окна своего кабинета на втором этаже главного здания и смотрел, как мир постепенно проступает из серой пелены. Ему было тридцать, но в отражении стекла он видел лицо человека, прожившего вдвое больше. Шрам, оставленный когтем дракона, пересекал его левую скулу и уходил под ворот рубахи. Второй - от клыка демона - белел на шее. Руки, сложенные на груди, были покрыты сеткой тонких белых линий - память о каждом противнике, которого он не смог победить без следа.
Но глаза. Глаза оставались такими же, как в двадцать - ясными, холодными, внимательными. Цвета стали зимнего неба перед грозой. Те, кто смотрел в них слишком долго, начинали чувствовать себя обнажёнными, словно Каэль видел насквозь - через плоть, через кости, прямо в душу.
Многие видели. Мало кто выдерживал.
Он был легендой ещё при жизни. Ворготур Разрушитель - орк-берсерк, чьё имя матери шептали детям вместо колыбельной, - пал от его меча в ущельях Красного Хребта. Красный Змей, дракон, выжегший три города к югу от столицы, был убит в одиночном бою - Каэль вонзил ему Буререз в глотку, когда пламя уже опалило ему брови. А Врата Бездны... о Вратах Бездны ходили такие истории, что сами ветераны-паладины, слыша их, отводили глаза и меняли тему.
Но всё это было раньше. Сейчас Каэль был просто мастером. Основателем и единственным хозяином Школы Стального Ветра - академии, которая за десять лет своего существования выпустила больше достойных мечников, чем все королевские учебные заведения вместе взятые. Его ученики служили королю, охраняли караваны, становились наёмниками, телохранителями, а некоторые - как он и мечтал - открывали собственные маленькие школы в глуши и передавали дальше то, что он вложил в их руки и головы.
Он гордился этим. Больше, чем гордился любым из убитых чудовищ.
Каэль отвернулся от окна и начал одеваться. Простая тёмная рубаха, кожаные штаны, мягкие сапоги - он не носил доспехов с тех пор, как повесил меч на гвоздь в смысле, который был больше, чем просто образным. На пояс - широкий кожаный ремень с парой ножей для чистки овощей, которые он всегда носил с собой и которые ученики по ошибке считали метательными. За спину - Буререз. Меч, выкованный из метеоритного железа, с рукоятью, обмотанной кожей Красного Змея. Он не расставался с ним даже ночью. Старые привычки.
