Дождь отбивал дробь по крышам Каменного Гнезда, смывая грязь с мостовой, но не в силах смыть запах бедности и отчаяния. Этот город-крепость был оплотом охотников, последним бастионом человечества в долине, пропитанной кровью и древней ненавистью. Но для меня он был всего лишь клеткой, местом, где я торговала смертью за гроши.
Таверна «Зазубренный Клык» была тем местом, где запах дешевого эля и влажной шерсти смешивался с едким ароматом обмана. Я сидела в углу, положив ноги на соседний табурет, и методично протирала тряпкой клинок моей наставницы. «Серп Луны» – длинный, изящный кинжал с лезвием из лунного серебра, на рукояти которого были выгравированы звёзды нашего рода, Де Ла Нуа. Теперь это всё, что у меня осталось от неё. От всех них.
На столе передо мной лежали пять сморщенных, тёмных комков – сердца вампиров. Добыча за три недели в окаменевших лесах. Они пахли медью, тленом и смертью. Этот запах преследовал меня во сне.
– Опять на низшего зверья охотилась, Иветт? – просипел хриплый голос. Над моим столом нависла тень Борго, скупщика. Его жирные пальцы с жадностью потянулись к сердцам. – Пять грошей. Не торгуйся, девочка. Знаю, что тебе нужны патроны.
Я даже не взглянула на него. Мои пальцы сжали рукоять «Серпа Луны».
– Десять, Борго. Или я расскажу Гильдии, как ты продаёшь вампирские железы чёрным алхимикам.
Он фыркнул, но швырнул на стол десять потрёпанных монет. Я позволила ему забрать сердца. Эти вонючие гроши были не платой, а унижением. В девятнадцать лет я была живым памятником вымиранию. Последняя Де Ла Нуа, торгующая сердцами нечисти, чтобы выжить.
«Мы были охотниками, Иветт, – говорил отец, точа свои клинки у камина. – Наш род – это не просто имя. Это клятва. Клятва защищать свет, даже если сам горишь в пламени».
Пламя… Оно до сих пор пылало у меня в глазах. Ночь, когда наш дом был объят огнём, а воздух наполнился нечеловеческими криками. Я, прижавшись к ставне, видела, как папа пал, пронзённый десятком когтей. Как мама бросилась на их предводителя – высокого вампира с глазами цвета запекшейся крови – и была отброшена, как щепка. Его холодный, безразличный взгляд скользнул по моему лицу, спрятанному в тени. Я замерла, и это спасло мне жизнь. Женщина в плаще с символом чужого клана – Элеонора, моя будущая наставница – выхватила меня из ада.
Элеонора научила меня всему. Не только сражаться, но и ненавидеть. И выживать. А потом болезнь, тихая и безжалостная, унесла и её. Перед смертью она вложила в мою руку «Серп Луны».
«Твой род не должен умереть, дитя. Даже если ты осталась одна. Неси его свет».
