Глава 1 Начало пути (23 августа 2025 г)
Москва – это не город. Это состояние материи.
Плотное, вырожденное, пульсирующее синхротронным излучением десяти миллионов синхронизированных отчаяний. Ежедневный Большой Взрыв, растянутый на утренние часы пик, где мириады человеческих вселенных, каждая в своем пространственно-временном пузыре личных тревог, сталкиваются, сливаются и аннигилируют в вагонах метро, не оставляя после себя ничего, кроме теплового шума и стресса низких частот. Мы были не людьми – мы были адронными осколками, продуктами распада некой исчезнувшей цельности, теперь разлетающимися по туннелям-ускорителям к своим пунктам назначения-столкновения.
Я, Андрей, был не просто песчинкой. Я был наблюдаемой частицей, чья траектория была предопределена до смешного жесткой: волновая функция моего дня коллапсировала в точку «офис» с вероятностью 0.99 по будням. Работа – метро – дом. Задача трех тел, решаемая с тоскливой ньютоновской предсказуемостью, где третьим телом, вечно тяготящим и искажающим орбиту, была собственная тень – осознание полной вычислимости моего пути.
Сегодняшний взрыв был особенно плотным. Воздух в вагоне синей ветки представлял собой коллоидный раствор – дисперсную фазу из чешуек кожи, наночастиц резины и фрагментов РНК чужих недомоганий, взвешенных в дисперсионной среде из запахов дешевого парфюма, пота, металлической пыли и тления чьих-то несбывшихся надежд, химически идентичного запаху горящей пластиковой проводки. Я пытался сосредоточиться на подкасте. Голос спикера, сухой и четкий, как скальпель, вещал о квантовой запутанности – «спутанности», как он выражался, – о частицах-близнецах, сохраняющих мистическую связь на любом расстоянии, мгновенно отражая состояние друг друга. Ирония была густой, как этот воздух. Я был максимально расколот со всем в этой толпе, атомом, потерявшим валентность. Моя запутанность была с одним человеком, и он сейчас давил мне на ногу.
– Смотри, – его голос пробился сквозь гул, как луч туннельного микроскопа, высвечивающий атомарный дефект в идеальной решетке дня. – Цель номер семь. Тип в оранжевой куртке. Читает бумажную книгу. В 2025-м. Это либо сбой в симуляции, слишком затратный по вычислительной мощности для рендеринга архаики, либо агент, тестирующий поведение толпы в условиях неожиданного, нефункционального стимула. Вероятность случайности – менее трех процентов. Рассчитал по формуле отклонения от медианного паттерна «голова-в-экране».
Рядом, прижавшись ко мне спиной, существовал Максим. Мой брат. Моя квантовая запутанность в плоти, но с противоположным спином. Если мое сознание было аналоговой магнитной лентой, медленно размагничивающейся и записывающей сплошной шум, то его – сверхпроводящим кубитом в криостате, вечно находящимся в нестабильной суперпозиции паранойи и гениальности, и любое наблюдение вызывало коллапс в одну из этих крайностей. Айтишник, архитектор нейросетей, видевший в мире не объекты, а потоки данных, скрытые паттерны и вероятностные графы. Где я видел хаос, он выискивал скрытый, пусть и безумный, код.
