Я — часть той силы, что вечно хочет зла
и вечно совершает благо.
И.В. Гете «Фауст».
Я — Аргирокс Сильверворд. Сын убитой королевы Айсенов Ксинтарии ХардСоул, чья голубая кровь смешалась с горячей алой кровью смертного. В мире людей я ношу имя Александр Дрейк. Я принц проклятого королевства СулусКингдом — принц без трона, наследник пепла и теней.
Когда-то, в незапамятные до проклятия времена, СулусКингдом было прекраснейшим из жемчужин смертных королевств. Его белоснежные башни пронзали небеса, сады благоухали лунными цветами, а воздух звенел от музыки фонтанов. Правил им мой дядя, король Альтаирис Сильверворд — мудрый и справедливый. Моим же отцом был его брат, Эйраара Сильверворд, принц с фиалковыми глазами, бледной кожей, отливающей лунным серебром, и волосами цвета расплавленной платины. Он был столь невероятно добр и столь ослепительно прекрасен, что сама бессмертная королева Айсенов Ксинтария ХардСоул, позабыла о вечности, увидев его. Она не устояла перед чарами простого смертного мужа и отдала ему своё сердце — без остатка, безрассудно, навсегда. Но её супруг, король Вильдор Мэйфлаур, не простил измены. Его ярость была холодна, как первый лёд древнего океана, и беспощадна, как лезвие жертвенного кинжала. Он убил мою мать и моего отца, а некогда цветущее королевство разгромил, выжег и проклял. Жители его не умерли — нет, смерть была бы милосердием. Они превратились в слуаг — мёртвых грешников, чьи души пригвождены к вечно гниющей плоти, чьи стоны сливаются с ветром, а пустые глазницы видят лишь тьму. И в довершение всего Вильдор Мэйфлауэр запечатал королевство за золотой завесой AurumVelum. С виду — сияющая пелена, словно расплавленный свет, но на деле — непроницаемая клетка, отрезающая проклятые земли от мира живых, точно заражённую рану, которую прижгли раскалённым золотом.
В тот день магия начала покидать мир людей — медленно, мучительно, навсегда. А тёмные существа, голодные, отчаянные, чувствуя, что смертные перестали в них верить и приносить кровавые жертвы, один за другим скользили сквозь завесу AurumVelum в поисках нового дома. Проклятые земли приняли их с распростёртыми объятиями — тёмная энергия здесь пропитала каждый камень, каждый вдох. Так вампиры, чьи мраморные лица не отражают луны; суккубы, чей смех сулит безумие; тёмные эльфы, чьи клинки выкованы из застывшей тени; мелкие демоны, снующие в щелях реальности; гарпии с голосами плакальщиц; веталы, вьющие гнёзда в костях; минотавры, поклоняющиеся лабиринтам боли; нимфы, чьи поцелуи ядовитее цикуты; сатиры, чей хохот переходит в хрип, и многие иные, кого память отказывается именовать — вся эта тёмная братия дружно расселилась по моему королевству. Они обживали болота, где блуждающие огни заманивают души в зыбучие могилы; дремучие леса, где деревья шепчут запретные имена; вулканы с обширными лавовыми полями, где сам воздух дрожит и истекает багровым жаром, а на склонах цветут хрустальные цветы, питающиеся пеплом. Проклятые земли приняли их, потому что тьма тянется к тьме, и зло наконец обрело новый дом. Но зло, как ему и положено, порой просачивалось за пределы золотой завесы и устраивало кровавую пирушку среди заблудших смертных.
