Он сидел в кресле судьи, облокотившись на спинку, и смотрел на адвоката, который уже десять минут размахивал руками. Мужчина в дешёвом костюме, с залысинами и голосом, который то поднимался до визга, то падал до шёпота. Типичный защитник. Типичный случай. Типичный обвиняемый, который смотрел в пол и делал вид, что ему стыдно.
— Ваша честь, мой подзащитный действовал в состоянии аффекта! — кричал адвокат.
Джаред усмехнулся. В состоянии аффекта. Блядь. Каждый второй убийца действует в состоянии аффекта, если верить их защитникам.
— Свидетель, — сказал он спокойно, — вы видели, как подсудимый наносил удары?
Свидетель — женщина лет пятидесяти, в платке на голове, с трясущимися руками — закивала.
— Да, ваша честь. Он бил её… кулаком по голове. Я кричала, но он не слышал.
Джаред смотрел на неё и думал: «Она видела, как убивают. Она будет помнить это до конца жизни. А виновник — отсидит пять лет, выйдет и снова найдёт кого-то». И так каждый день. Одни убивают, другие молчат, третьи судят. И все считают, что справедливость восторжествует. Бред.
Адвокат продолжал. Джаред откинулся в кресле, постучал пальцем по столу. В голове пронеслась мысль: «Ангелы, мать их, тоже любят судить. Только у них вместо зала — облака, а вместо адвокатов — голоса совести. И они тоже ошибаются».
Он поймал себя на том, что уже не слушает. Посмотрев на обвиняемого — мужчину лет сорока, с потухшим взглядом вдруг подумал: «А что, если этот мужик — не просто убийца? Что, если он — как я? Просто устал, сломался, решил, что если уж гореть, то ярко».
Он не позволил этой мысли развиться, выпрямился, взял папку, посмотрел на адвоката.
— У вас есть ещё что добавить?
Адвокат открыл рот, но не успел ничего сказать. Джаред уже поднялся.
— Заседание переносится на завтра, на десять утра.
Зал зашевелился. Джаред вышел, не оборачиваясь. На улице его ждала машина. Чёрная, без опознавательных знаков, с затемнёнными стёклами. Джаред сел на заднее сиденье, задал направление.
— В морг.
Водитель кивнул. Машина тронулась.
Дорога заняла двадцать минут. Город за окном — серый, мокрый, с редкими прохожими. Джаред смотрел на витрины, на людей, на бесконечные светофоры. Иногда он ловил себя на мысли, что видит в этом городе только хаос. Люди бегут, суетятся, лгут. А он сидит в машине и едет смотреть на тех, кто уже закончил гонку.
Морг встретил его холодом. Длинный коридор, белые стены, тишина. Стойка регистрации, запах дешёвого освежителя, смешанный с формалином. Джаред прошёл к окошку, представился. Его пропустили без лишних вопросов.
