Бухту Пасти Величайшей обдувал крепкий, влажный, но тёплый морской ветер. Вечер опускался на шумную столицу и её порт, окрашивая очень высокие белые здания в мягкие тона летнего заката двух звёзд, называемых Близнецами, одаривая бликами и оранжевыми всполохами множество работающих фонтанов района Золотых Шипов и циклопического по размерам дворца королевы драконов. Корабли в порту под энергичные крики докеров сворачивали снасти и вставали на прикол. Корабельные инженеры балансировали на ночь шары торговых дирижаблей, в воздушной части порта, также мечтая уже о заслуженном отдыхе. Богатый многолюдный город постепенно затихал, отдыхая от житейских дел своих. Становилось всё темнее, и городская жизнь сосредоточилась в многочисленных тавернах, кальянных и площадях, где давали самые разные представления артисты Гильдии Трубадуров.
Отдельно светил огнями почти из всех окон, подавляющий своими размерами окружающий город, королевский дворец. Что было неудивительно, ибо королева организовала большой бал в честь праздника сбора урожая Мабон. Это был общий праздник для знати, на который приглашались и драконы королевы и её гуманоидные вассалы. Последние нечасто имели возможность посещать королевский дворец. Это считалось большой честью – быть приглашёнными. Никому и в голову бы не пришло оскорбиться подобным разделением. Это было естественно, ибо владели этими богатыми землями драконы. Величайшая была изначально городом драконов. И огромный захватывающий дух дворец, с его арками, барельефами, огромными дверями и окнами, был создан для драконов – самими драконами. Как и множество других вещей в этой стране. Лечебницы и театры. Мосты и дамбы. Школы и университеты. И даже – церкви. Асхи – для людей. Иши – для эльфов. И Гааладоса – почитаемого полуросликами, дворфами, гномами и, неожиданно – орками. Во что верили сами могучие звери, разительно различающиеся друг от друга по виду и анатомии, но одновременно – все такие похожие, для большинства представителей младших рас было загадкой. Драконы не ставили каких-либо мест поклонения для себя. В личных же тихих беседах большинство соглашалось, что богиней, идолом, отцом, матерью и всем остальным – для местных драконов была только их королева. Матриарх Восточных племён, Королева Драхескара и Евлужии, Владычица Саам.
В вечерний дворцовый парк продолжали подъезжать кареты с гостями. Прилетали всё новые драконьи пары и крупные семьи, иногда даже со своим молодняком. Широкие и светлые коридоры дворца были рассчитаны на больших существ, однако и было всё необходимое для удобства гостей и прислуги обычных размеров. В грандиозном бальном зале в королевской ложе владычица приветствовала новоприбывшие драконьи семейства и очень немногих – представителей других рас. В основном же всё огромное количество гостей встречали супруги матриарха. Золотистый поджарый Икиир, чья ярко выраженная мускулатура странно контрастировала с мудрым насмешливым взглядом изумрудных очей. Сонного вида, широкий красный Фаацин с высоким костяным гребнем на голове, массивными крыльями и толстым хвостом, что сейчас производил впечатление неуклюжего простака, но все присутствующие знали, что это совершенно не так. И совсем еще подросток Ююм-Дова, совершенно непохожий на большинство местных драконов. Покрытый короткой темно-зелёной шерстью с такого же цвета оперением на своих сильных крыльях, c большими мягкими ушками, лесной дракончик был болезненно стеснительным, но порученное ему задание выполнял со всем старанием. И хоть он и считался третьим супругом матриарха, взрослые драконы в королевстве сомневались, что Саам пригласит его к себе в спальное логово в ближайшие лет триста. Это был скорее боевой трофей королевы, бывший заложник которого угораздило влюбиться в свою тюремщицу. Все трое следуя многовековому протоколу, приветствовали пришедших на бал, сильно разгружая свою супругу. На королеве и так висели все постоянно прибывавшие на праздник драконы и немногие важные, по тем или иным причинам, представители других рас. Минутное приветствие самой Саам могло вознести вверх по карьерной лестнице и открыть новые связи и возможности в обществе счастливчику. И наоборот – не поступившее к сроку приглашение на бал было частой причиной самоубийств среди знати.
