– … намедни, из Левиндейла товарки прибыли в наш город.
– Не поняла. Ещё раз?
– Из храма нашей богини, но из города Левиндейл девки с купчинами на своих фургонах прибыли. Всего шестеро, все молодые. Одна в статусе, минимум, помощницы настоятельницы. Я такое замечаю… властная, все её слушаются.
– И, почему к нам не заехали?
Докладчица, молодая разбитная деваха, с удивлением смотрит на свою начальницу по «цеху». А «цех» то не простой, целый храм Богини Любви. И эта красивая, властная женщина её настоятель в этом городе, а докладчица её помощница.
– Ой! Да, о чём это я! – поправляется настоятельница. – И, куда девки сразу направились? Что слышно об этом? Может, дальше двинутся с караваном?
– Так и есть. Торговец в городе декаду пробудет, ярмарка ведь началась, расторговаться хочет. А эти потом с ним продолжат свой путь. Куда? Не знаю, информации такой у меня нет.
– Плохо. – вздыхает молода начальница.
– Но, есть другая информация. – ухмыляется молодая девица – Сегодня её девахи по городу слонялись, разнюхивали, кто в городе дома с усадьбами продаёт.
– О, как! А им-то зачем это, да ещё не в своём городе? – удивляется настоятельница.
– Есть, ещё кое-что интересное. – мнётся докладчица – Как-то мимо Вас, эта информация прошла. Днём ранее оттуда же, из Левиндейла пришёл караван и с ним телега наших. Дед Тото с внуком и охраной им, молодого стражника приставили. Так вот… стражник тот, я навела справки, последователь «земляных» и нашей богини. Двойной он!
– Вот, как? А последователем богини он стал… – смотрит с ожиданием на помощницу настоятельница храма.
– В Левиндейле… – подтверждает её ожидания помощница.
– Ишь, ты! Как всё интересно-то получается. – и тут же задаёт старшая жрица очередной вопрос – Что за парень? Молодой?
– Его тут вместо старого приняли. Долг службы за родственника закрыть. Прежний сказался больным и чахлым. – докладывает помощница – Парень молодой, звёзд с неба не хватал. Покладистый, ни с кем тут не задирался. Спокойный, чем многие и пользовались. Туни с Нором его третировали постоянно. Деньги забирали и всё такое. Но он всё им прощал, не жаловался никому, служил и всё. В первом десятке числился. А тут, заказ на сопровождение каравана для города. Неторговый, а по административной линии. Для стражников города груз пришёл из столицы в Левиндейл. Встал вопрос охраны. Естественно, разъездной десяток Бидли решили отправить, на него и выпала эта обязанность. Да вот не задача, десяток-то неполный. Вот парня из первого десятка в четвёртый и перевели на усиление. Причём пока он отсутствовал в городе, старина Тумберман быстро на его место своего знакомого взял, под свою ответственность. Так парень и оказался у Бидли в десятке. Я с Элмором разговаривала. Дать ему пришлось… и не только денег, но не суть. Ох, и рисковый он дурачок… так он сам это в качестве аванса за информацию запросил. Я и сама этому факту удивилась. Но интересно другое, после всего случившегося, он не пускал слюни и пузыри из них. Спокойный, радостный был, но и я ведь магией его не привязывала, хотя обычно ножку покажешь и всё… самец твой с потрохами. Но с этим, думаю, потом разберёмся, хотя и меня мучают мысли на счёт всего произошедшего. Так вот, за парня этого Элмор многое рассказал. Но явно не всё. Не всё им сказанное вяжется друг с другом. В общем, как прибыли они, парню жрицу из нашего храма в Левиндейле заказали. За что-то всем десятком его они отблагодарить хотели. И, каково же было их удивление, когда на вызов пришла сама настоятельница храма. Думали, что всё… хана парню… а он её всю ночь пользовал по прямому назначению и на утро самому, хоть бы хны было. И говорит капрал, что после той ночи и дня не было, чтобы по ночам у парня в кровати от одной до четырёх жриц за ночь не побывало. Так-то. Послушником он не может быть, стражник всё-таки, а вот последователем, легко. Но самое интересное, первым его в своём монастыре «земляные» обернули… и сделали своим приверженцем, а уже потом, настоятельница нашего храма решилась на подобное. Ведь среди мужиков, последователями нашей богини, почти никого и нет. Во всяком случае, я о подобном, за свой век, ничего не слышала.
