Эдмард
– И чье это личное дело?
Эдмард из клана Фениксов постучал кончиком когтя по папке на столе секретаря академии Пламени. Судя по запечатывающей руне на переплете, под кожаной обложкой скрывались сведения об иномирце или иномирянке. Последнее было бы предпочтительнее. Рыжий феникс был падок на экзотику и обожал чужие тайны. А то, что у девушки из другого мира их будет предостаточно, Эдмард даже не сомневался, поэтому и пытался обаять каменную горгулью. Секретарь ректора была дамой суровой как внутри, так и снаружи, и, как и многие в академии, терпеть не могла случайных адептов. Тех, кому не было предначертано стать великим магом по праву рождения.
Презрительно изогнув губы, секретарь бросила:
– Любови.
– И вам не хворать, – механически бросил Эдмард, а потом спохватился и расплылся в улыбке: – Серьезно?
– Ты думаешь мне до шуток? В академии Пламени конкурс пятьсот морд на одно место, а резервный доступ отдают дочери… – Горгулья недовольно скрипнула зубами, поняв, что едва не проговорилась. – Кыш, Эдмард! Больше я тебе ничего не скажу.
– А больше и не нужно, – широко улыбнувшись, феникс отвесил каменной даме поклон и с довольным видом направился к выходу из приемной.
Если поторопится, то успеет первый дать на лапу портальщику, и тот предупредит, как только девушка окажется в академии. Растерянная, одинокая, еще и к началу учебного года опоздавшая. Несчастную птичку приятно будет взять под крыло. Тем более что имя у нее такое говорящее.
Любовь.
Эдмарду хотелось стать первым. Обойти других королей факультетов академии Пламени. Он никого не подпустит к девчонке, особенно Норгата.
***
Норгат
Норгату Ардмраку казалось, что он вот-вот сдохнет. Трехслойный щит был пробит, и жизненная сила вытекала из тела так быстро, что даже драконья кровь не справлялась с регенерацией. Норгат выжег драконьим огнем всю стаю крыланов, но не чувствовал себя победителем. Скорее, недотрупом.
– Атака – высший балл. Защита – неуд.
Ректор Кхаал был как всегда прямолинеен. Пять лет назад, будучи желторотым адептом, Норгат не воспринимал сухенького невысокого горгула всерьез, пока он не вызвал Норгата на поединок и не отделал перед всем курсом. Тогда Норгат тоже лежал на плитах полигона и не понимал, какого гоблина вообще происходит.
– Любовь. Норгат. Тебе нужна любовь, – поставил неутешительный диагноз ректор. – Без нее твое драконье сердце каменеет и теряет жар, так необходимый для поддержания природной защиты.
– Думаете, я не знаю? Да я весь последний год провел в поисках любви.
– То, чем ты занимался, не имеет никакого отношения к истинному чувству, способному разжечь сердце дракона.
