– Феликс!
Саша вскочила с каменного края фонтана.
– Там! Возле хлебной лавки!
Максим резко поднял голову. Над ним шумела торговая площадь Лукоморья: двигались люди, покачивались корзины, между прилавками протискивался грузчик с мешком на плече.
– Где?
Саша указала через площадь. Сначала Максим ничего не увидел. Потом грузчик прошёл дальше, и возле хлебного прилавка мелькнул знакомый тёмно-зелёный сюртук.
Феликс Карлович Вельский стоял вполоборота к ним и разговаривал с торговкой. На голове сидела та самая мягкая шляпа с узкими полями. Он что-то сказал, улыбнулся, и женщина за прилавком рассмеялась.
Вчера этот человек отвёл их к мастеру, которому они оставили ковёр и три золотых монеты. Сегодня на месте лавки оказалась глухая стена. А Вельский спокойно прогуливался по рынку.
Максим поднялся с мостовой так резко, словно под ним распрямилась пружина. Два медяка выпали из его руки и покатились по камням.
– Ну сука, ты у меня сейчас огребёшь!
Он сорвался с места. Вика едва успела встать. Лёша схватил Сашу за локоть, помогая ей обойти край чаши, и оба побежали следом.
Люди торопливо расступались. Максим едва не опрокинул корзину с яблоками, задел плечом прохожего и перескочил через ящик, выставленный посреди прохода. Разбитая рука отозвалась болью, но он только крепче сжал кулак.
– Феликс! Стой!
Господин Вельский услышал крик. Он обернулся, увидел приближающегося Максима и на мгновение застыл. На его лице появилась прежняя добродушная улыбка. Феликс даже приподнял шляпу, словно собирался поздороваться.
Затем нырнул за торговые прилавки.
– Куда он делся?! – выкрикнул Максим, добежав до хлебной лавки.
За прилавком стояла полная торговка в белом переднике. Она указала мучной рукой в узкий проход между соседними рядами.
– Туда побежал.
Судя по улыбке, происходящее её забавляло.
– Спасибо!
Максим рванул в указанную сторону. Они протискивались между прилавками, перепрыгивали через корзины и уворачивались от возмущённых покупателей. Торговцы кричали им вслед, кто-то требовал возместить ущерб, но останавливаться никто не собирался.
Впереди снова мелькнул зелёный сюртук. Феликс оказался на удивление быстрым. Он проскальзывал между людьми, не задевая ни одного прохожего. Там, где Максим прокладывал себе дорогу плечами, господин Вельский успевал повернуться боком, пригнуться или на ходу обойти препятствие.
– Он уходит в Старый город! – крикнул Максим.
Феликс выскочил на главную улицу и побежал в сторону старых ворот. Его шляпа едва держалась на голове, полы сюртука развевались за спиной. Несколько раз он оглядывался, и с каждым разом улыбка становилась всё менее уверенной.