Встречая лобовым стеклом крупные капли, машина с диким ревом неслась по практически опустевшей ночной трассе, оставляя позади редких желающих прокатиться в такой час. Дворники плохо справлялись с потоком воды, но юную водительницу это совсем не беспокоило. Стоящие в глазах слезы дворниками не смахнешь.
Свернув с трассы на грунтовку, она проехала ещё метров пятьсот и остановилась. Заглушив двигатель, крепко стукнула ладонями по рулю и закричала. Долго, громко, навзрыд, не в силах справиться со своей болью. Крик сменился скулежом и всхлипами, постепенно затихая и уступая место шуму капель дождя по крыше машины.
Оля вышла из своего белого Nissan Murano, не оглядываясь щелкнула брелком сигнализации и отправилась по пояс в мокрой траве к реке, что была чуть ниже от дороги.
Потоки воды промочили её до нитки в считанные секунды.
Оля села на мокрую траву и стала смотреть на воду.
Вот на том уступке, где берег чуть повыше, они вместе смотрели, как плавают утки. Вспышкой нахлынуло воспоминание: Саша стоит позади неё, обняв за талию и спрятав лицо в её шее. Время для них будто остановилось. Слова были излишни. Они любили друг друга и были бесконечно счастливы.
Слезы снова потекли по щекам, создавая горячий контраст с холодными каплями дождя.
Пустота. Командировка, авария, два трупа. Неделя до свадьбы. Похороны с закрытым гробом. Поседевшие и потерянные родители, которые будто постарели на несколько лет в один день.
Какого хрена, жизнь?!
И рыдания вновь вырвались из её груди. Ничего не сделать, его не вернуть. Даже не сказать последнее "люблю".
Нужно это просто пережить, просто пережить, просто пережить... Оля повторяла в исступлении эти слова. Но как? Как это пережить? Когда все вокруг напоминает о нем... Оплётка на руль в машине – его подарок. Его рубашки в шкафу. Его запах на постели. Его фото на заставке телефона, где он нежно целует Олю в щёку.
Оля сняла с руки кольцо, подаренное Сашей в день помолвки. Золото и голубой топаз. Красиво подчеркивало её глаза, цвета ясного неба. У её Саши были такие же... Кольцо всегда было чуть великовато, но очень дорог был человек, который его подарил, и Оля носила. Вот и сейчас она вернула его на палец, коротко поцеловав камушек.
Возвращаться домой не хотелось, и не было сил. Больше там никто не ждёт. Верить в произошедшее отчаянно не хотелось. Мозг протестует, а сердце рвётся на части... Она осталась одна. Точка.
Запаса слез хватило где-то минут на сорок. Больше не было сил. Не сегодня.
Дождь постепенно стихал, ветерок понемногу прогонял тучи, открывая светлое ночное небо.
