ГЛАВА 1. Как всегда, не вовремя
Мама говорит, вся беда в том, что я не вовремя родилась. Во всех смыслах. То есть, во-первых, восьмимесячной – «ни то ни се», как заявила акушерка. Во-вторых, время: половина второго ночи после празднования Дня алхимика, когда трезвого доктора не найдешь в принципе. Акушерку, в общем-то, тоже, но маме повезло. В-третьих, случилось это знаменательное событие, когда папочка застрял в Агране по служебным делам, и мама собиралась отправиться к нему. Море, солнце, полезный для беременной курортный климат… а тут вдруг и беременности конец, а орущий днями и ночами младенец – совсем не то, что нужно человеку, который готовит самую крупную сделку за всю историю компании и рассчитывает на этом сделать себе имя.
С тех пор так и повелось, как будто «не вовремя» – мое второе имя. Или даже первое! Серьезно, всевозможные вариации на тему «прости, но ты очень неудачно зашла», «давай завтра» или, что гораздо хуже, «ну почему ты не появилась с этим вчера?!» я слышала гораздо чаще, чем простое и приятное «привет, Элси». Обидно.
Вот и сейчас. Ну ясно же было сказано: зачет по алхимической практике «заготовка, транспортировка и хранение ингредиентов» начнется с пятнадцати ноль-ноль, сразу после лекции по охранным контурам. Вот и в конспектах записано: 28-е, 15:00. А Дриадский Кошмар, то есть, простите, профессор Айнастеи, зыркнула на меня своими зелеными глазищами и заявила:
– Элсина Грейзен, ритуалисты, второй курс. И почему я не удивлена? Вы, Грейзен, считаете, что из-за вашей неорганизованности профессора должны сдвигать свое расписание и жертвовать личными делами? Пересдача осенью, до свидания.
– Как осенью?! – сказать, что я ошарашена, было бы катастрофическим преуменьшением.
– Как и все остальные, кто не сдал мой предмет в установленное время, – ледяным тоном отчеканила эта стерва.
– Так я сдавать и пришла! Вот, в пятнадцать ноль-ноль, – я посмотрела на часы и кивнула: они показывали три минуты четвертого, – двадцать восьмого, – и сунула Кошмару под нос конспект с датой и временем.
– Восьмого? – иронично переспросила та. – И вас не удивляет, что здесь не топчется ни один из ваших сокурсников?
А и правда, спохватилась я, где все? А профессор, пробормотав себе под нос что-то вроде «ох уж эти детские интрижки», демонстративно наложила на мои записи «свет истины».
Восьмерка окуталась чернильной дымкой и превратилась в шестерку.
– Полагайтесь на память, а не на записи. А если память у вас дырявая, хотя бы не бросайте записи где попало, не дарите идей шутникам. Где, позвольте спросить, вы были позавчера?
