Сумеречное сгущение
* * *
Лежать на остатках соломы неудобно. Благо, здесь не холодно. Внизу топят, тепло поднимается.
Кругом пусто. Всю мебель сожгли, утварь разворовали.
Хотя воровство теперь бесполезно.
Торговли нет, последняя важная ценность, это еда. Всем необходимым снабжают централизованно, остальное не важно. Ничего не важно на этой бесконечной войне. Только еда… Её мало, так мало.
Взрыв.
Стену снесло. Все бегут в глубь этажа, и Луций среди них.
Взрыв.
Все залегли, перед глазами Луция оторванная нога. Из нее течет кровь.
Новый взрыв. Белые сгустки света едва мелькают в поле зрения и где-то разрывает каменную колонну.
– Вниз, все вниз! – крик командира.
Все бегут к лестнице.
Взрыв.
Новый пролом в стене.
Все спускаются на нижний этаж, там люди, что топили печи, уже бросили их. Оттуда не хотелось уходить, но нужно было.
Отряд спускается ещё на один этаж вниз.
Все в почти полной темноте.
Ниже снова печи, также тепло. Людей почти нет, только где-то в углу женщина тихо рыдает над трупом, наверное, кого-то близкого.
Луцию не хочется этого видеть, но сейчас он не может ничем помочь.
Здесь, при свете уютных огней вырисовываются из обрамляющей темноты наплечники и панцири воинов, их энергетические копья и наручи играют бликами.
Воспоминания уносят Луция в прошлое…
Теперь этим городом правят пустые или опустошенные, как любили себя называть более высокопоставленные из них.
Пустые. Вид, скорбящий по самим себе, не испытывающий печали по своему прошлому. Прошлое для них всегда лишь пепел, они не о чем не жалеют, их волнует лишь будущее. Таким их сделал образ жизни. Вечная оккупация, вечное вторжение. Всё новые и новые человеческие миры.
Пустые в свою бытность погонщиками, покоряющими, были другими. Они были меньше похожи на людей, у них было больше пафоса, меньше бравады, они чётко знали куда и зачем идут. Теперь же они охотно приобщались к культуре и эстетике людей. Несмотря на всю свою внешнюю жестокость по отношению к людям, они стали гораздо более человечными. Быть может, некоторые из них стали человечнее людей.
Быть может, в человечности они ищут новых себя. Звать себя пустыми они стали после ухода строителей. Вторжения закончились, все покоряющие остались на этой забытой планете, в которой нет почти ничего, кроме снега. Белое ничто окружает единственный крупный город, пытаясь поглотить его, медленно усыпить, сделать собой.
В этом мире нет места покоряющим. Здесь живут пустые.
Восход.
Какое-то время восходов не было…
Облака были черными для того, чтобы добить оставшихся людей. Люди были угрозой создателям. Но вместе с тем были и пищей для пустых. Истребляя людей, создатели уничтожали кормовую базу своих прихвостней, обрекая тех на вымирание. Но создателям было плевать на это. Тварей они порождали лишь для того, чтобы очистить мир от высокоразвитых существ, а пустые, как более разумные управители, им нужны были лишь для того, чтобы контролировать серые орды.
