Снег в конце сентября в Сибири – это не снег, это приговор. Маша Волконская знала это с детства, как знала, что берёзы скрипят от холода, а в тайге живут не звери, а голоса. Голоса, которые манят людей в лес и никогда их не отпускают.
Она стояла на окраине Ледяного Лога, в месте, где тайга наступала на человеческий мир так близко, что можно было услышать её дыхание. Руки засовывала глубже в карманы пуховика. Температура уже упала до минус пятнадцати, хотя была только половина дня. В октябре будет хуже.
Три года. Ровно три года назад в этот день её брат Артём не вернулся из леса.
Маша никогда не говорила об этом вслух, но считала дни так же, как люди считают удары часов перед неминуемой казнью. 15 сентября, 16-е, 17-е… И 18 сентября – чёрная дата, которая повторялась каждый год и каждый раз приносила с собой ту же холодную тошноту в груди.
Через три часа начнёт темнеть. Она должна была вернуться в деревню до наступления сумерек. Правило № 1 в Ледяном Логе: в лесу после заката оставаться нельзя. Это знал каждый, даже туристы, которые иногда приезжали сюда летом и уезжали через день, потому что им было неуютно. Они не знали почему – просто чувствовали.
Маша вытащила из кармана смятый лист бумаги.
На листе было написано три адреса, четыре координаты GPS и пометка чернилами: «Ищите здесь. Он был здесь. Я помню землю, запах, холод. Здесь всегда холодно, даже когда в деревне тепло. Маш, если ты это найдёшь – не ходи туда. Обещай мне. Не ходи туда. Артём»
Письмо Артёма. Её брат писал левой рукой, потому что в детстве сломал правую, и почерк был неровный, в буквах была паника. Маша нашла его два дня назад, случайно, когда проходила мимо старого сарая на краю их земельного участка. Письмо было спрятано в кольце – золотом кольце их матери, которое Артём носил на шее перед исчезновением. Кольцо нашлось просто так, среди валежника и прошлогодних листьев, как будто кто-то его положил туда совсем недавно.
Маша повернула лист. На обратной стороне была ещё одна запись, более размашистая, как будто писал кто-то другой:
«Я вижу нити. Серые нити в воздухе. Они везде. Они соединяют нас. Они соединяют живых с теми, кто уже ушёл. Если следовать нитям, можно найти их. Но нити тянут в только одну сторону. Они не отпускают. Маша, если ты найдёшь эти нити – не трогай их. Не следуй за ними. Они звучат, как пение. Как мой голос, но не совсем. Как голос, который я забыл, что был моим. Артём»
Маша скомкала письмо и снова засунула в карман. Она уже читала его сотню раз за эти два дня. Каждый раз одно слово прыгало в её сознании, как осколок стекла:
