В коридорах НИИ «БиоТехПром» пахло вареной перловкой из столовой. Инженер Федор сидел, обхватив голову руками. Перед ним на лабораторном столе, переливаясь всеми оттенками изумрудного и золотого, ползала жук-златка.
— Федор, вы опять забыли забрать младшего из садика? — Берта вошла в лабораторию бесшумно, как кошка. В руках она держала планшет с результатами спектрального анализа.
Берта была идеальным лаборантом. Всегда аккуратная, не замужняя, с вечно холодным взглядом и поразительным терпением. В её жизни всё было разложено по полочкам, в то время как жизнь Федора напоминала квантовую суперпозицию.
— Хуже, Берта, — простонал Федор. — Ко мне сегодня придут все три.
— Кто «три»? — Берта подняла бровь.
— Жены. Бывшие и нынешняя. И пятеро детей. Нам нужно обсудить график отпусков и... — он махнул рукой на жука. — И почему этот жук не хочет поглощать инфракрасное излучение, как обещали расчеты?
Они работали над проектом «Хитин-М». Ученые обнаружили, что панцирь жука златки обладает уникальной нано структурой, способной не просто отражать свет, а преломлять его так, чтобы создавать невидимость в определенном спектре.
«Если мы поймем, как жук управляет пигментацией на молекулярном уровне, мы создадим обшивку для межпланетных зондов, которой не страшна радиация», — любил повторять директор НИИ.
— Может, он просто в стрессе? — предположила Берта, осторожно коснувшись пинцетом переливающегося надкрылья. — Как и вы. Слишком много внешних раздражителей.
В этот момент дверь лаборатории распахнулась.
— Папа! А Глеб у меня машинку отобрал! — в комнату влетел карапуз лет пяти, а за ним показалась решительная женщина в строгом костюме.
Федор вскочил, зацепив проводок осциллографа. Датчики взвыли. Жук-златка, испугавшись шума и резкого движения, внезапно вспыхнул ослепительно-белым светом.
Берта быстро взглянула на монитор и замерла.
— Федор Петрович... Гляньте на график. Световое давление подскочило! Он не просто отражает, он аккумулирует энергию стресса и преобразует её в кинетический импульс!
Федор посмотрел на бывшую жену, на ревущего сына, на спокойную Берту и на сияющего жука.
— То есть, чтобы двигатель заработал, нам нужно просто создать условия тотального семейного скандала? — прошептал он.
— Скорее всего так, — кивнула Берта, впервые за день улыбнувшись. — Поздравляю, инженер. Кажется, ваша бурная личная жизнь только что открыла человечеству путь к звездам.
Действие в лаборатории накалялось. В дверях уже стояла вторая жена Федора, Буня, с близнецами, а по коридору эхом разносился решительный стук каблуков третьей — Миры.
