Липень стоял на дворе. Он в этом году удался на славу. Солнце нещадно палило и рассыпало по небу свои яркие лучи. В огородах во всю зрели ягоды. Только собирай, да готовь.
Настасья была счастлива. Михайло соседский сын давно ей приглянулся. А тут вчера у реки, когда она полоскала белье, подошел к ней и сказал, что будет рад прыгать с ней через костер на Купалу. Ждет ее на общем сборе всей деревенской молодежи на берегу речки. Настасья сказала, что придет. Да и как тут не прийти. Пропустить гулянья, да и возможность найти себе мужа.
До Купалы оставалась еще одна ночь, но готовиться девки начинали заранее. Мужики сейчас во всю косили сено. А бабам же нужно было пойти в лес и набрать побольше крапивы, да потом обложить ею все пороги, подоконники, залезть на чердак и даже за печку ее засунуть, чтобы нечисть всякая носа своего не казала. И еще веников из нее навязать. Для бани. И Настасья пойдет сегодня в чащу с подружками. Лишь бы руки все себе не обжечь.
Завтра же надо будет воды натаскать, да баню дочиста намыть и начистить. Иначе отец осерчает. Матери сейчас сложно, тяжелая она седьмым ребенком, но обязанности по дому выполнить должна, иначе опять отец ее учить станет, несмотря на положение. Братьев ее он на сенокос забирает. Сама же Настасья с младшей сестрой и матерью остается дома по хозяйству. Младшая ей не помощница, еще под стол пешком ходит.
А еще ж пироги надо испечь и блины на помин ушедших! Дел много, а она тут стоит, замечталась. Да настолько, что чуть не уронила все белье в воду. Еле поймала. Если б оно уплыло, то плохо пришлось. В воду сейчас не полезешь, белье не достанешь. Может нечисть шалить. Утащат небось. В прошлое лето, так одну зеваку утащили. Подруги на вечорках рассказывали, что видели, как Устинья вошла накануне Купалы в воду. Говорят, песнь какую-то услышала, уж подруги ее звали-звали, но она не слушала. Пока те бегали за подмогой, Устиньи уже и след простыл, только потом ее рубашку в воде нашли. Сама Устинья пропала. Хотя говорили и другое. Настасья этому не верила. Что гуляла, мол, Устинья до этого с Михайло по ночам вдоль речки. Миловались. Вроде их на рассвете Буян видел, и говорил всем, но ему никто не поверил. Буян этот по Устинье давно сох, только ей не до него было. Не ровня он ей был, побогаче жениха родители искали. Так вот девки говорили, что вроде Устинья понесла, да не говорила никому. Вот и решила утопиться, чтоб род свой не позорить. У нее еще три сестры, кому они после этого нужны будут. Но кто это теперь узнает? Нечисть в воду утащила. Михайло рядом не было. Да и говорил он, что и не гуляли они с ней вовсе.
