Холод был не просто осенним. Он был кладбищенским. Он пробирался сквозь самую толстую одежду, забирался в кости и заставлял дышать мелкими, прерывистыми глотками. Ветер выл между могилами, как живой. Он срывал последние жёлтые листья со старого дуба и швырял их на мраморные памятники.
Небо было сплошным серым одеялом. Ни щели, ни просвета. Как будто само небо плакало вместе с нами.
В самом центре этого круга горя стояла я, Майя. Мой чёрный костюм висел на мне, как на вешалке. Он был слишком большой. Я чувствовала себя маленькой девочкой, которая надела папину одежду. Папа. Сергей Грейн. Его больше не было.
Я не плакала. Слёзы застряли где-то внутри, превратились в огромный ледяной ком. Он мешал дышать. Я просто смотрела на глянцевую крышку гроба там, внизу, в тёмной яме. И кроме горя, я чувствовала… пустоту. Странную и страшную. Будто вместе с папой из мира исчезла невидимая стена. Стена, которая держала что-то тёмное. И теперь эта тьма начала просачиваться наружу.
Рядом со мной, плечом к плечу, стоял мой старший брат Даня. Ему двадцать шесть, но сейчас он казался взрослым мужчиной, старше своих лет. Спина прямая, челюсти сжаты, тёмные очки скрывают глаза. Он наша скала. Наша опора. Но я знаю его всю жизнь. Я видела, как дрожал его сжатый кулак. Как он сглатывал, будто слова застряли у него в горле.
Вокруг нас – наши самые близкие. Наша маленькая семья, которую мы выбрали сами.
Вероника, моя лучшая подруга с детства, обняла меня за плечи. Её длинные каштановые волосы развевались на ветру. Рядом Макс, её парень. Высокий, спортивный, вечный весельчак. Сейчас он был серьёзен и молчалив. Он крепко держал Веронику за руку, и кажется, только это не давало ей расплакаться.
С другой стороны – Паша, друг Дани. Умник и программист. Человек, который верит только в логику и факты. Он смотрел на всё с нахмуренным лицом, будто пытался понять формулу смерти, разложить горе по полочкам.
И был Егор. Он стоял чуть дальше всех, давая мне пространство. Но его взгляд… полный беспокойства и чего-то ещё, чего я тогда боялась назвать, был прикован ко мне. Он не был с нами с детства. Он появился пару лет назад как друг и партнёр нашего отца. Молодой, успешный владелец модного клуба «Энигма». Он был другим. Загадочным. И между нами с самого начала пробежала та самая искра, которую мы оба игнорировали. Сейчас, глядя на моё лицо, он едва сдерживался, чтобы не подойти и не обнять меня.
