Тихо, слишком тихо, — подумал наш герой. Не слышно ни ветра, ни сомнений, ни голосов — лишь кромешное ничто. Казалось, весь мир исчез, и он оказался наедине со своими мыслями, страхами и собственной головой, в которой царила лишь безмятежность. В подсознании — ни единого проблеска, ни одной ясной мысли, только бесформенные тени и мучительный вакуум.
«Стоп, что происходит? Где я? Кто я?» — в панике пронеслось в его голове. Он пытался собраться с мыслями, заглянуть в закоулки своей памяти, но видел абсолютно ничего. Пустота. Ни имён, ни лиц, ни событий — только гудящее умиротворение.
Один… два… три… Наш герой с трудом открыл глаза. Тусклый свет резанул по зрачкам, словно нож. Матовое стекло, покрытое пылью времени, пропускало едва заметный, слегка белый свет. Зрачки расширились, отчаянно пытаясь разглядеть в полумраке что-то знакомое. Металлические стены, покрытые ржавчиной, потолок и пол — всё было из железа, словно он оказался в каком-то заброшенном бункере или промышленной постройке.
Наш герой встал и огляделся. Комната была небольшой — всего четыре квадратных метра. В ней не было ни мебели, ни стульев, ни даже намёка на человеческое присутствие. Он чувствовал себя запертым, словно в одиночной камере смертников или в палате психиатрической больницы. Холод металла проникал сквозь одежду, а воздух казался густым и тяжёлым.
Пахло чем-то знакомым. Он пытался уловить мысль, но она ускользала, словно змея терялась следи листвы. Наш герой почему-то помнил, что если начать говорить, то мысль вернётся.
— Так, так, так, и… — пробормотал он, пытаясь собраться с мыслями.
— Точно! — воскликнул он вдруг. — Пахнет хлорной известью, радуясь словно дитя. Оказалось здесь недавно провели зачистку помещения, и резкий запах до сих пор щекочет его нос.
В душе тем временем накапливались сомнения, страх и отчаяние. Ноги задрожали, как у зайца перед опасностью. Он стал суетиться, ходить туда-сюда, пытаясь вспомнить, как он оказался в этом месте. Мысли путались, сердце билось всё чаще, а в голове звенела опустошённость, словно с апельсина выдавили все соки.
Нащупав карманы, он осмотрел свою одежду. На нём было простое бельё, похожее на тряпку, — обычный халат, штаны и берцы, местами в жирных пятнах, словно их не могли отстирать. Но, несмотря на внешний вид, одежда пахла довольно приятно.
Он ощупал своё лицо: вытянутое, подтянутое, с короткой стрижкой, прямым носом и губами. На левой брови был шрам, а мышцы казались достаточно развитыми. «Спортсмен? Военный? Или простой рабочий?» — твердил его разум. Казалось, он не часто ввязывался в драки, но всё же имел небольшой опыт — на руках виднелись едва заметные шрамы.
