Комбинат работал по ночам. Ночью киловатт стоил втрое дешевле, и входной контроль переехал в темноту вместе со всеми.
Вера пришла к десяти. У проходной горело табло с ценой на ближайшие шесть часов. Цена была хорошая. Значит, гнать будут до утра.
В бытовке сидел Селиванов и пил чай из банки. Куртку он не снимал никогда, даже летом.
— Четыре тысячи четыреста семнадцать, — сказал он вместо здравствуйте. — Фланцы. Ждёт твоей подписи.
Акт был готов. Агент всё проверил и собрал его за четыре минуты: сертификат завода-изготовителя подлинный, проверен по реестру, номер плавки сходится с сопроводительной документацией, геометрия снята и выверена по снимкам. Все восемьдесят четыре штуки в допуске, худшая двенадцатая, и та с запасом. Поднята история поставщика за одиннадцать лет: две рекламации, обе давние и по другой номенклатуре. Риск низкий. Принять.
Внизу стояло поле для подписи. Её.
— Аркадий Петрович. А зачем я?
— В каком смысле.
— Он же всё сделал. И лучше, чем я сделаю. Он не устаёт и не пропустит брак. Зачем здесь нужна я?
Селиванов подул на чай.
— Затем, что он не может отвечать. Отвечать может тот, у кого есть что терять. У тебя квартира и трудовая. Вот ты и отвечаешь.
— Это же не проверка. Это страховка.
— Страховка, — согласился он. — И что?
По коридору кто-то прошёл в сторону лестницы, и Селиванов проводил его глазами.
— Кутепов пошёл, — сказал он. — Из мобилизационного. Днём его никто никогда не видел.
Вера посидела ещё, потом взяла со стеллажа штангенциркуль с действующей поверкой и пошла на склад.
Идти было далеко, через два пролёта и мимо линии, где не было ни одного человека. На линии что-то мерно щёлкало и шипело. Она пришла в четвёртом часу, партию ещё не растарили. Она вскрыла ящик, вынула три фланца, из середины, снизу и сверху, первые попавшиеся. Положила их на холодный железный стол и промерила сама, при свете фонаря.
Все три были в допуске. Разумеется.
Она вернулась, подписала, партия ушла в производство. Потом достала из сумки тетрадь в клетку, купленную в тот же день в киоске у остановки, и написала на первой странице:
14.11.2029. Партия 4417, фланцы, 84 шт. Измерила сама три штуки: 219,4 / 219,3 / 219,5. В допуске. В. Ремезова.
Селиванов заглянул через плечо.
— Это что?
— То, что я видела своими глазами.
— Юридической силы ноль.
— Знаю.
— Времени жалко.
— Знаю.
Он допил, сполоснул банку, надел шапку.
— У нас в отделе двенадцать человек было. Давно. — Он постоял в дверях. — Ты продолжай.
Ушёл он в седьмом часу. Вера досидела смену, сдала ключи и вышла на улицу, где было минус девятнадцать и ещё темно. Табло у проходной показывало новую цену, дневную. Она была втрое выше.
