Пролог
В раскалённых, словно вулканическая лава, облаках медленно догорал закат. Лес в гладком зелёном свете стоял чистый и неподвижный, как на старинном гобелене. Оранжевый цвет пламенеющего солнечного диска "плавился" в игривой реке. По земле на мягких лапах тихо крался туман, укрывая белым саваном всё, что встречал на своём пути. Вскоре выпала вечерняя роса. Настоявшиеся травы, испуская терпкий душистый аромат, смотрели, как по дороге к интернату для инвалидов и престарелых, прихрамывая на левую ногу, медленно шёл старый человек. Удочка на плече, увесистая связка карасей в руке выдавали в нём заядлого рыбака, удачно отсидевшего вечернюю зорьку.
Вдруг из леса выскочили какие-то люди в масках, напоминающих чудовищ из фильма ужасов. Настигнув деда, они повалили его, натянули на голову мешок и потащили в лес. Все остановились у заброшенного сарая, в котором в сенокосную страду ночевали косари. Сейчас сарай было не узнать: стены внутри разрисованы пентаграммами и жуткими рожами. В углу – рогатая голова козла. Рядом стоял высокий, в человеческий рост, перевёрнутый крест. У его подножия – множество костей. Стол был накрыт красной скатертью. Лишь несколько свечей освещали всё это, бросая зловещий свет на людей, чьи лица скрывались за страшными масками.
Человек в красной маске приказал бросить связанного деда в угол и призывно поднял руку. Все притихли и повернулись к своему главарю. Жуткий сарай наполнил высокий и звенящий голос: «Я не само Зло, я часть его. Для того чтобы впасть в грех Зла, достаточно протянуть руку. Вам будет рад служить демон гордыни Люцифер, демон чревоугодия Вельзевул, демон прелюбодеяния Асмодей, демон зависти Левиафан, демон лености Бельфегор, демон алчности Мамона и сам Сатана – демон гнева. Сегодня наша ненависть свежей волной вольётся в огонь Князя Тьмы. Его алтарь давно не получал кровавой жертвы и жаждет её».
Связанного старика постепенно стал охватывать леденящий ужас от страшного предчувствия. Он понял, что находится на шабаше сатанистов. Близилась полночь. Одноглазая луна испуганно спряталась за обрывками косматых туч, которые наползали и наползали, словно злые, голодные змеи. Неожиданно инвалиду приказали: "Раздевайся!" Этого он никак не ожидал. Опешил. Тогда с него стали срывать одежду. Вскоре дед оказался лежащим на спине и привязанным к столу. Зажгли ещё свечи – по числу собравшихся.
Главарь достал странной формы клинок. Жёстко сказал, как пролаял: "Ты должен отречься от Бога!" Инвалид молчал. Участники тайного шабаша стали "заводиться". Кричали: "Отрекись! Отрекись от Распятого! Твой Бог умер. Ты хочешь умереть вслед за Ним?" Сатанисты выбрали деда не случайно. Знали, что он верующий. Вновь перед его лицом замелькал нож. Тело задрожало от ударов кулаков. Инвалид молчал. Он понял всё и готов был погибнуть за Христа. Мучители, озверев вконец, исступлённо орали: "Отрекись! Отрекись!" Старик шептал в ответ: "Ни за что!" Его ударили молотком по голове. Над обмякшим телом издевались долго…
