Что движет солнце и светила? Огонь любви
Данте
На этот раз в своем любимом Спасском Иван оказался не по своей воле. Здесь по высочайшему царскому указу должен был отбывать ссылку строптивый писатель, чье имя гремело во всей Европе, а в родной России он слыл неблагонадежным.
Только что появилась в печати статья о смерти Гоголя. Ее пропустил строптивый цензор, за что и поплатился своей карьерой. А чуть раньше появились невинные на первый взгляд «Записки охотника», до того печатавшиеся в разны журналах и встреченные с восторгом собратьями- писателями.
Но император прекрасно видела призыв к бунту, к освобождению крестьян от крепостного права. Странно, что пока это видел только он один. А если копнуть еще глубже, то именно Иван Тургенев считался Хранителем всего, что было связано с Пушкиным. И никакие запреты ему не были страшны. Вот за свое бесстрашие он и должен был теперь поплатиться. Но с ним всегда оставались посмертная маска поэта, рукописи, письма, медальон с локоном гений, ему был обещан перстень Воронцовой, считавшийся талисманом, и оставшийся пока у В.А.Жуковского. Терпеть этого грозный император не стал.
Что там было у Пушкина местом ссылки? Михайловское, Болдино, у него же будет его Спасское – место где те самые Записки писались, практически место преступления.
Император догадывался, что с этим арестантом будет не так просто, как с теми, кого он отправил на Кавказ и в Сибирь. Вокруг него собрались друзья – писатели. Даже на Василия Андреевича нельзя было положиться. И он там бывал часто у матушки Ивана, да и теперь, если бы не его поспешный отъезд, то пришлось бы ловить его там, и наказывать. А как можно было наказать Учителя цесаревича, который жил во дворце больше, чем в своем доме, считался третьим человеком в России? На Жуковского приходилось закрывать глаза. Но там найдется много иных, кого придется рассаживать по своим имениям, и жандармов туда отправлять, чтобы они прекратили общение. Да что за времена такие ему достались, от первого дня правления в декабре 25 и до последнего, император чувствовал, что дни его сочтены. Хотя с такими писателями покой и не снился.
2.
Когда со всего маха на коне ретивом ворвался Фет, Иван понял, что там, в столице, произошло еще что-то.
С трудом его удалось убедить и уговорить не ехать на похороны Василия Андреевича. Его убеждали и по-хорошему, и по-плохому, уверяли, что там его ждут жандармы, и на этот раз своим имением он не отделается, а отправится в Сибирь. Такого император не терпел и не потерпит и теперь.