1. Кирпичная диета и другие способы провалить диплом
Десятый. Десятый за утро фамильяр указал мне на дверь. Точнее, на выход из вольера, при этом демонстративно прикрыв нос лапой.
— Мисс Вейн, — голос регистратора в Бюро магических союзов звучал так сухо, что я почти слышала, как внутри него шуршит песок. — Это был почтовый голубь. У него уровень притязаний ниже, чем у садового гнома. И даже он отказался подписывать с вами контракт.
— Он просто впечатлительный, — я попыталась пригладить растрёпанные кудри, но только окончательно запутала в них палочку. — И я не превращала его зерно в лёд! Это была спонтанная кристаллизация на фоне эмоционального резонанса.
Регистратор посмотрел на чернильное пятно на моём рукаве, потом на левый ботинок, завязанный на два узла, и вздохнул. За последние курсы я стала его самой «любимой» посетительницей. И если первое время каменное изваяние пожимало плечами, подбадривало, то сейчас он всё меньше радовался моим приходам.
И ладно бы фамильяры мне просто отказывали, но они пугались, матерились и забивались в углы, только заслышав имя. Чёртов резонанс, что в книжках описывался как наслаждение, как ощущение полной концентрации никак не наступал. Вместо этого я искрила, как старый вязаный свитер.
— У вас сорок восемь часов, Элара. Если через двое суток в вашем дипломе не будет стоять магический оттиск лапы, копыта или хотя бы хвоста, академия аннулирует вашу лицензию. Вас распределят в ведомство Малых заплат. Будете латать дырки в котлах на окраинах королевства. В одиночестве.
Я сглотнула. Малые заплаты — это приговор. Это сырость, серые будни и отсутствие нормального кофе на сотни миль вокруг. И хотя последний месяц ректор твердил мне это постоянно, иногда прямо злорадствуя, но сейчас судьба казалась нависшим клинком над шеей.
Выйдя из Бюро, я зажмурилась от яркого солнца. Столица гудела, пахла свежей выпечкой и дорогой магией, а я чувствовала себя как бракованный артефакт в лавке старьёвщика. Мне нужен был план. И срочно. Спустить весь свой дар на котлы и Малые заплаты совершенно не хотелось.
— Так, Элара, соберись, — пробормотала я под нос, вызывая недоумённые взгляды прохожих. — Дикие фамильяры обитают в Северном парке. Если я потороплюсь, я успею поймать какого-нибудь неприхотливого духа до заката. Главное — эффектное появление.
Магия внутри меня всегда жила по своим правилам. Она была как огромный дружелюбный пёс, который в порыве любви сносил мебель. И если на первом курсе объёмные резервы, сила и масштабность впечатляли всех преподавателей, то сейчас меня звали не иначе как «катастрофа».
