Глава 1 «Одиссей» на краю бездны
Космический исследовательский корабль «Одиссей» висел в пустоте, словно песчинка на краю пропасти. Впереди, в трёх миллионах километров, пульсировала чёрная дыра класса «Стикс» – гигантская гравитационная ловушка, искажающая само пространство-время. Её аккреционный диск светился зловещим фиолетово-багровым сиянием, а непредсказуемые гравитационные вихри, видимые через спектральные фильтры, напоминали замысловатые водовороты в океане тьмы.
На капитанском мостике царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим гулом систем жизнеобеспечения и редкими сигналами датчиков. Стены помещения были покрыты сенсорными панелями, а в центре возвышался голографический проектор, демонстрирующий зловещую красоту чёрной дыры. Вдоль стен выстроились ряды мониторов с телеметрией, мерцающие разноцветными индикаторами. Холодный белый свет с редкими фиолетовыми отблесками от аккреционного диска проникал через панорамный иллюминатор, создавая причудливые тени на лицах экипажа.
Капитан Элена Вейр, сжимая подлокотники кресла, вглядывалась в голографическую проекцию чёрной дыры. Её лицо, обычно спокойное и собранное, сейчас выдавало внутреннее напряжение – морщины у глаз стали чуть глубже, а пальцы слегка побелели. Она знала: от неё сейчас зависит не только успех миссии «Артемида», но и искупление вины за прошлую катастрофу, унёсшую жизни людей.
– До входа в зону гравитационного влияния – пятнадцать минут, – бесстрастно сообщила «Афина», бортовой Искусственный интеллект (далее ИИ) корабля. Её мягкий женственный голос прозвучал отовсюду одновременно, создавая иллюзию присутствия, словно сам корабль разговаривал с ними.
Марк Кейн, двадцатипятилетний программист экспедиции, нервно поправил воротник форменной рубашки. Это был его первый полет в дальний космос. Он сидел у консоли диагностики систем, его пальцы скользили над голографическим интерфейсом, проверяя последние данные. На экране перед ним бежали строки кода, графики температур и показатели гравитационных аномалий. Где-то в глубине души он всё ещё не мог до конца поверить, что они действительно здесь – на пороге величайшего научного прорыва или самой страшной катастрофы.
Он на миг закрыл глаза, всего лишь на краткий миг и представил образ отца. Мысленно он послал ему все, что накопилось за те годы одиночества, что он провел без него: любовь, тоску и надежду. «Я найду тебя отец… обязательно найду!»
Эта экспедиция была для него возможностью пролить свет на исчезновение отца, астрофизика, посветившему всю свою жизнь изучению природы черных дыр. Возможно, очень скоро они снова встретятся…
